КОРЕЙСКИЕ СЕРИАЛЫ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » КОРЕЙСКИЕ СЕРИАЛЫ » КОРЕЙСКИЕ СЕРИАЛЫ » ФИЛЬМОГРАФИЯ АКТЕРОВ И ОПИСАНИЕ СЕРИАЛОВ


ФИЛЬМОГРАФИЯ АКТЕРОВ И ОПИСАНИЕ СЕРИАЛОВ

Сообщений 181 страница 210 из 230

1

Чтобы не забылось....

+1

181

Фильм "Пираты"

Конец эпохи Корё, начало эпохи Чосон. Необходимо привезти из Империи Мин королевскую яшмовую печать, которая бы подтвердила легитимность государства Чосон. Но во время транспортировки королевская печать упала в воду, и её проглотил кит-призрак. Во избежание наказания, чиновники, перевозившие печать, сказали, что её отобрали пираты. Теперь пиратам, чтобы сохранить свою жизнь, любым способом нужно найти кита-призрака и вернуть королевскую печать. Главный герой Чан Са Чжон (Ким Нам Гиль) когда-то был изгнан, и, чтобы восстановить своё положение, решает поймать кита-призрака. Главная героиня Ё Воль (Сон Е Чжин), атаманша морских пиратов, также бросается на поиски королевской печати, чтобы защитить своих подопечных.
http://cs623720.vk.me/v623720381/9c96/ccjWjJ_ep6I.jpg

0

182

ПИРАТЫ

ФОТО
http://cs623720.vk.me/v623720381/9cbb/SionSstXWSY.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9c99/m3cTEtx1hX4.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9ca0/x-bNGNiGZKg.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9ca9/qhrySXrkPhc.jpg

+1

183

ПИРАТЫ

ФОТО
http://cs623720.vk.me/v623720381/9cb1/LFSGp1ShMTw.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9cc5/IMIbG6B4BwM.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9ccf/jJuz491ynAY.jpg
http://cs623720.vk.me/v623720381/9cd7/nxlFgma6mnE.jpg

0

184

olchik написал(а):

ПИРАТЫ

какая пиратка!

0

185

Скоро!

Фильм "Дневник Хён Ён Дана"

В фильме рассказывается о любви между сводными братом и сестрой.

http://cs14115.vk.me/c625421/v625421381/81e2/9NFo7n68zH8.jpg
http://cs14115.vk.me/c625421/v625421381/8211/1-NvF7XmC-U.jpg
http://cs14115.vk.me/c625421/v625421381/81ea/bqZCUohZFvU.jpg
http://cs14115.vk.me/c625421/v625421381/820a/IH-QCKXVpMY.jpg
ВИДЕО

+1

186

СЛИШКОМ ПРЕКРАСНА ДЛЯ МЕНЯ 16 СЕРИЙ
ВЫШЛО 13 СЕРИЙ

http://asia-tv.su/_nw/65/37073668.jpg
Описание: Хен Вук (Чон Чжи Хун (Рейн) генеральный директор агентства талантов. Помимо этого парень очень одаренный композитор и продюсер. Он добрый и отзывчивый человек, однако, об этом никто не знает. Он скрывает свою истинную сущность за маской безразличия, тем самым отталкивая от себя окружающих. Причиной такого поведения стало чудовищное ДТП, в котором погибла его любимая девушка. После этого происшествия жизнь Хен Вука превратилась в кромешный ад. Так было до тех пор, пока в его жизнь на огромной скорости не врывается Се На (Кристал). Как оказалось, эта девушка - сестра умершей возлюбленной Хен Вука. По счастливому стечению обстоятельств Се На приехала в Сеул, чтобы стать популярной певицей, а помочь ей в этом вызвался именно Хен Вук. Благодаря этой встрече, между двумя половинками вспыхивает искра, а музыка превращает ее в исцеляющее пламя любви...

РЕЙН
http://asia-tv.su/_nw/65/74442534.jpg

ВИДЕО


+1

187

КНИГА СЕМЬ ГУ

ОТРЫВОК

Отредактировано olchik (Среда, 5 ноября, 2014г. 20:47:20)

+2

188

《CAMP》Jang Keun Suk Special Short Film DVD
Тизер. Специальный короткометражный фильм "Лагерь"
Съемки этого фильма проходили в Южной Корее на острове Чеджудо в 2013 году, осенью.
Дата выхода этого фильма 14 марта 2015 г

0

189

"Лагерь"
http://cs624120.vk.me/v624120794/995e/7DUE1v_a3ac.jpg

0

190

"Рождения красавицы"! Кто есть кто
http://cs616625.vk.me/v616625372/ef4c/2IeoLWxeuH4.jpg
http://cs616625.vk.me/v616625024/1065c/UiZUtXTFKYY.jpg
http://cs616625.vk.me/v616625306/d737/9l2GipH1kxU.jpg
http://cs616625.vk.me/v616625906/1011a/gi57Rdy_jBc.jpg
http://cs616625.vk.me/v616625401/e928/LIctFiLOVW8.jpg
источник Фансаб-группа МАНИЯ

+1

191

Алена 7 написал(а):

"Рождения красавицы"! Кто есть кто
  http://cs616625.vk.me/v616625401/e928/LIctFiLOVW8.jpg
источник Фансаб-группа МАНИЯ

похоже то еще веселье

0

192

ДОРАМА "ВОЛЯ НЕБЕС-СБЕЖАВШИЙ ИЗ ЧОСОНА"

http://static.doramatv.ru/uploads/pics/00/34/371.jpg
В ГЛАВНОЙ РОЛЕ -ЛИ ДОН УК
http://cs14115.vk.me/c605816/v605816381/19e44/1JgkYk4SrOs.jpg
Описание
Доктор восточной медицины Чхве Вон (Ли Дон Ук) работает на королевскую семью. Во время своей нелегкой дворцовой службы он был втянут в заговор против короля Инчона и теперь находится в бегах. Но это еще только полбеды, дочь Чве Вона неизлечимо больна. И теперь он всеми правдами и неправдами пытается спасти свою единственную после смерти супруги
ПРОМО





0

193

ДОРАМА "АКУЛА"

http://static.doramatv.ru/uploads/pics/00/36/526_o.jpg
Описание
После того, как при загадочных обстоятельствах погиб его отец, Хан И-Су  (Ким Нам Гиль), выяснив страшную причину убийства отца тоже становится жертвой тех, кто стремится скрыть эту самую причину. Чудом оставшись в живых, некий добродетель из Японии спасает его, помогает изменить внешность и данные. Через 12 лет после трагедий Ешимура Чжун, представитель Гранд-отеля возвращается из Японии в Корею. Он жаждет отомстить тем, кто разрушил его семью и ее репутацию. Для этой цели он использует прокурора Чо Хэ-У [b](Сон Е-Чжин[/b]), с которой они были влюблены друг в друга подростками. Ведь ее отец - тот, кого он считает своим главным виновником трагических событий минувшего. Между тем, О Чжун-Ён (Ха Сок-Чжин) -  жених Хэ-У, начинает подозревать, что Ешимура не тот, за кого себя выдает. Сможет ли Ешимура Чжун, он же Хан И-Су, отомстить и вернуть то, что по праву принадлежит его семье, вытащив на свет все секреты своих врагов и потеряв женщину, которую любит?
"Shark" является третьей и последней частью трилогии дорам, посвященных мести. Первые две дорамы были также сняты режиссером Пак Чан Хоном и сценаристом Ким Чжи У, это знаменитые работы:  "Resurrection"  и  "The Devil".

СОН Ё ДЖИН
http://o1306.hizliresim.com/1b/b/p0b7z.jpg

КИМ НАМ ГИЛЬ
http://static.doramatv.ru/uploads/pics/00/45/930_o.jpg

0

194

ДОРАМА "ВЛАДЫКА МОРЕЙ"

http://static.doramatv.ru/uploads/pics/00/02/101_o.jpg
http://static.doramatv.ru/uploads/pics/00/02/103_o.jpg
Чан Бо Го – простой деревенский мальчишка древнекорейского царства Силла, однажды решивший сбежать из дома и отправиться путешествовать по миру в поисках приключений. В Китае времён династии Тан он попадает в рабство, где его муштруют для гладиаторских боёв. Эта история повествует о том, как благодаря недюжинной силе воле и выдающемуся острому уму наш герой из бесправного и безродного раба становится успешным морским торговцем, которому удаётся блестяще справляться с заполонившими водные просторы пиратами, став воистину владыкой моря.В этом обширном эпосе есть всё – приключения, мужество и отвага, властолюбие, корысть и интриги, а также любовь, соперничество и предательство.Дорама «Морской владыка» основана на одноимённом романе Чхве Ин Хо / Choi In Ho, посвящённому жизнеописанию реально существовавшего Чан Бо Го (?~846), который господствовал в водах Восточной Азии в эпоху объединённого царства Силла (661-935 гг.).
http://cs301801.vk.me/v301801899/5ade/XBcCmjK4lXo.jpg
http://cs301801.vk.me/v301801899/5af3/_lE0NagJtH8.jpg
http://cs624029.vk.me/v624029381/6033/P6dqI_vrDCI.jpg
http://cs624029.vk.me/v624029381/5fd0/rHVnlO8yMZQ.jpg
http://cs624029.vk.me/v624029381/601e/n6iSBhy4S38.jpg
http://cs624029.vk.me/v624029381/602c/ipmLPa0Pd7A.jpg
РОЛИК
А ЭТО ПИРАТ. МЕЖДУ НИМ И ГГ ИДЕТ БОРЬБА.... КАК В "ВОИН ПЭК ТОН СУ" И ЛЮБОВЬ К ОДНОЙ ДЕВУШКЕ :love:

+1

195

ВЛАДЫКА МОРЕЙ

А ВОТ ЭТА ДАМА-ПРОСТО ИСЧАДИЕ АДА. ИГРАЕТ ВЕЛИКОЛЕПНО-ВСЕХ К НОГТЮ...
http://cs624029.vk.me/v624029381/5fed/0YFZEwXe0Ns.jpg
http://cs624029.vk.me/v624029381/5ff4/aCAhkKyKe_M.jpg
ДОРАМА ШИКАРНАЯ

0

196

РОЛИКИ ИЗ "ВЛАДЫКА МОРЕЙ"
КРАСИВЫЙ СЕРИАЛ






ПОЁТ КИМ БОМ

+1

197

Чан Хёк и О Ён Со снимутся вместе в новой дораме Shine or Go Crazy
Опубликовано Ноябрь 21, 2014 Автор: Mrs. Zu
http://www.yesasia.ru/wp-content/uploads/2014/11/janghyuk_yeonseo.jpg
Ранее в сети уже появились слухи, что актеры Чан Хёк (ДНК любви, Обречен любить тебя, Айрис 2, Мидас) и О Ён Со (Вперед, Чан Бори! Лучшие медики страны, Красотка с кукольным лицом) снимутся в новой исторической дораме Shine or Go Crazy. Наконец представители MBC подтвердили эту информацию.

Чан Хёк сыграет члена королевской семьи, героя с печальным прошлым. Актер поделился, «Я очень переживаю по поводу этих съемок, так как для меня это будет первая историческая дорама спустя 4 года. Пожалуйста, поддержите дораму»

О Ён Со сыграет роль принцессы. Она рассказала, «Я очень счастлива работать в таком замечательном проекте с прекрасными актерами и отличной командой.Я также очень переживаю и волнуюсь. Я буду очень стараться, чтобы моя игра понравилась зртелям. Я буду усердно работать, чтобы показать новую сторону актрисы О Ён Со»

Shine or Go Crazy (Shine или сойти с ума)— историческая любовная история, в основу которой лег одноименный роман. Премьеру дорамы зрители увидят с январе следующего года.

0

198

http://www.yesasia.ru/wp-content/uploads/2014/11/park-yoochun.jpg
Пак Ю Чон получил награду «Лучший начинающий актер» за роль в фильме Sea Fog
Опубликовано Ноябрь 17, 2014 Автор: Mrs. Zu

Пак Ю Чон стал обладателем награды «Лучший начинающий актер» на церемонии  Korean Association of Film Critics Awards. Актер и певец получил эту премию за роль в фильме Sea Fog.

В фильме он сыграл роль молодого моряка Дон Сика. Дон Сик привык делать все, о чем его просят, и выполнять любые приказы, не задавая вопросов. Но все меняется, когда он влюбляется, нежное чувство заставляет его задуматься о многих вещах.

Когда Ючон получил награду, он не забыл поблагодарить всю съемочную команду фильма. «Я многому научился, просто снимаясь в этом фильме», сказал он.

Его роль в фильме Sea Fog также была замечена членами жюри Grand Bell Awards, и Ючон был номинирован на премию «Лучший новый актер». Фильм являлся и участником номинации «Лучший иностранный фильм» на 87th Academy Awards.

+1

199

49 Дней / 49 Days [2011], Южная Корея ⏳

описание

Син Чжи Хён по праву считала себя любимицей судьбы: у девушки было все, о чем только можно было мечтать. Богатая и любящая семья, верные друзья и преданный жених. Но фортуна переменчива: происходит страшная авария, в результате которой девушка впадает в кому. Но Чжи Хён не суждено было погибнуть в тот день, оттого ее душа не покинула мир живых. Загадочный юноша, назвавшийся Жнецом, предлагает ей сделку: собрать слезы троих искренне любивших ее людей, и тогда Чжи Хён сможет вернуться к жизни. Но задание, показавшееся девушке пустяком, переворачивает все ее представление о жизни. Оказалось, она совсем не знала мыслей и чувств окружавших ее людей... Вселяясь на время в тело продавщицы Сон И Гён, Чжи Хён вынуждена заново узнавать мир и своих близких, а также искать тех троих, кто скорбит о ней...

P.S. «Все мы знаем как недолог человеческий век, но все равно живем бессмысленно, благодаря твоим 49 дням я живу, словно и мне осталось столько же…»
Сюжет заставил задуматься о таких простых истинах, как друзья, любовь, семья — и взглянуть иначе на прожитые мною годы.
А смогу ли я собрать три слезы....?
http://cs540108.vk.me/c540106/v540106368/209a3/D8j49U_-ozg.jpg
http://cs540108.vk.me/c540106/v540106368/2099b/b8iOfrcjZgI.jpg
http://cs540108.vk.me/c540106/v540106368/20993/S_X3gAySP-Y.jpg

0

200

Алена 7 написал(а):

Пак Ю Чон получил награду «Лучший начинающий актер» за роль в фильме Sea Fog
Опубликовано Ноябрь 17, 2014 Автор: Mrs. Zu

Давно уже жду этот "Морской туман",но с ним такие же заморочки как с "Гневом короля"

0

201

Книга по дораме Вера

Вера

Автор: Song Ji-na
Перевод на английский: breathlesssurvival
Перевод на русский: Мария Резцова

Том 1
Часть 1
Ын Су пытается убежать, сделав операцию королеве, но Чхве Ён её останавливает. Появляется король Конмин, и разговор заканчивается тем, что Ын Су закатывает сцену на полу. То, что произошло после.
(Точка зрения Чхве Ёна):
Я стою и смотрю, как она уходит. Тэ Ман провожает её до её комнаты, и она послушно следует за ним. Она оборачивается, дойдя до двери. Её лицо бледное. Губы, которые были такими же яркими как её волосы, тоже потеряли цвет. Мне жаль, что я втянул её в это... И потому я испытываю всё большую неловкость от происходящего. Я должен отправить её назад как можно скорее.
Моё левое плечо помнит тот вес. Когда я должен был привести эту женщину сюда... тот вес. И тот запах. Как это возможно, что от человека исходит такой запах? Это потому, что она с Небес? Запах похож на запах какого-то цветка. Но я не помню какого... И из-за того, что я не помню, я продолжаю думать об этом. Это аромат цветка, который я знаю...
И хотя я знаю, что вся эта ситуация – кошмар для неё, для меня всё иначе. Начиная с того момента, как мы переступили порог Небесных врат, я не знал, как с ней сладить... Она, напротив, зарылась глубже в мои объятья. Моя левая рука помнит это чувство. Её волосы... её губы... её запах... Я всё больше и больше пристращаюсь к нему... Время, проведённое вместе с этой женщиной, когда мы проходили через Небесные врата, наполняет мои воспоминания... Я должен отправить её назад как можно скорее.
Часть 2
Сцена происходит после того, как Чхве Ён спасает Ын Су от похитителей.
(Точка зрения Чхве Ёна).
Как только я увидел лицо женщины с Небес, у меня были снова мурашки по коже. Её бледное лицо... её беспорядочный вид... её кровоточащие с одной стороны губы. Её руки, наверное, тоже повреждены, потому что были связаны. И поскольку я не могу выместить свою злость на похитителе, которого только что убил, я срываюсь на ней:
«Взгляните на себя! Разве я не говорил Вам дождаться меня? Что, по-Вашему, Вы делаете, убегая вот так? Вот только взгляните на себя сейчас. Позвольте я посмотрю...»
Я хотел осмотреть её рану на шее, поэтому потянулся рукой к её подбородку. Но она смотрит на мою руку, и я опускаю её. Даже если б я настоял на том, чтобы коснуться её, она бы снова резко оттолкнула мою руку.
Она встала, выпрямившись, хотя, наверное, у неё не было больше сил. Смотрит на меня с яростью, и её глаза мне говорят: «Следи за своими манерами. Отойди, прочь». Поэтому я говорю: «Пожалуйста, следуйте за мной. Я привёл лошадь».
Она с трудом делает шаг, но останавливается, не зная, куда идти.
Наблюдая за ней, я подумал о том, что ей пришлось пережить. Она была обязана пройти через какую-то неизвестную дверь, её привели сюда силой и заставили всю ночь оперировать, её утащили какие-то люди, и её жизнь была в опасности. И вот эта рана на неё лице...
Когда я подумал о том, как она поранилась, моё сердце дрогнуло и затрепетало. Опять.
Ещё до того, как человек согрешит против Небес, сердце знает об этом первым. Это чувство тревоги, беспокойства в моём сердце... Я не чувствовал такого в течение многих лет. В течение такого долгого времени... очень-очень давно моё сердце ни к чему не испытывало чего-то особенного. Или ни к кому.
Часть 3
По-прежнему второй эпизод. Чхве Ён только что сказал, что королева очнулась, и что он проводит Ын Су обратно к Небесным вратам.
(Точка зрения Ын Су)
Не знаю, должна ли я ему доверять. Я смотрю на меч за его спиной. Меч, который убивает людей. Этому человеку нельзя доверять. Я смотрю в его глаза, а они спокойно смотрят на меня. Я могу ему доверять... верно? 
(Чхче Ён с лёгкостью поднимает её, хотя она пытается высвободиться).
Его глаза как будто улыбались... И мне хочется знать, нет ли ничего страшного в том, чтобы этот психопат нёс меня в своих руках... его крепкие руки как опоры вокруг меня.
Я снова пытаюсь освободиться, и он делает вид, как будто роняет меня, говоря: «Если Вы упадёте, Вы переломаете всё».
Я решила послушаться его, и мы сели верхом на лошадь. Я начала испытывать неудобство, как только лошадь начала двигаться. Он заметил это и, сидя позади меня, спросил: «Вам неудобно?»
«Да».
«Просто потерпите ещё немного», - был его ответ.
Его голос звучал так, как будто он улыбался, но такого не может быть.
(Точка зрения Чхве Ёна)
Мне не было так хорошо в течение долгого времени. Хоть и пролив слёзы, женщина с Небес оставалась сильной до конца, и мне было спокойней от этого. Я рад, что могу наконец-то отправить её назад навсегда.
С того момента, как я нёс её на плече на Небесах, приведя её сюда, моё сердце продолжало колебаться всё сильнее. Как только я отправлю её назад, я смогу вернуться в своё обычное состояние. К тому же, как только она пройдёт через Небесные врата, она забудет все трудности, которые она пережила здесь. Потому что она сильная... следовательно, она забудет... так ведь?
Мои мысли вернулись к женщине в моих руках. По сравнению с женщинами из Корё, она выше. Она заполняла мои объятья. Я помню её цветочный запах. Ветер развевал её волосы так, что они касались моего лица. Я буду помнить только её запах и волосы. Похоже, что, идя по жизни, я буду думать о ней в неожиданные моменты. Небеса... там, где её дом... невозможно будет легко забыть.
(Они достигают Небесных врат, и Чхве Ён говорит Ын Су, чтобы она прошла через них. Она скептически настроена, но он уверяет её, что он сможет вернуться в её мир. Он низко кланяется ей).
(Точка зрения Ын Су)
Я обернулась и многозначительно посмотрела на него. Сделала пару шагов в его направлении, но остановилась. Я не хотела выглядеть так, как будто мне было страшно возвращаться. Я снова посмотрела на него. Его голова по-прежнему была опущена в поклоне, поэтому я не могла увидеть его глаза. Если б я могла посмотреть ему в глаза, я думаю, что знала бы... Я знала бы, что могу верить всему, что он сказал.

Часть 4
Чхве Ёну только что было приказано не пустить Ын Су обратно, остановив её.
(Точка зрения Чхве Ёна)
То,что сплачивало моё сердце, оборвалось. Я оглянулся. Она всё ещё стояла там, смотря на меня, но вдруг начала идти к Небесным вратам. Королевский приказ? За считанные секунды я поравнялся с ней и схватил. Я держал её руки, пока она сопротивлялась и боролась со мной всеми силами.
Я боялся, что она поранится, поэтому я воткнул свой меч в землю рядом с собой. Встав  позади неё, я обвил её руками. Королевский приказ?Мой разум не отдавал себе отчёта в том, что я делал, но я держался за женщину с Небес. Прежде, чем моё сердце смогло среагировать на приказ, моё тело среагировало первым.
(Дверь исчезает, и Ын Су безуспешно пытается нащупать её).
Когда я смотрел, как она ходит перед Небесными вратами из стороны в сторону, моё сердце было будто разбито на куски. Когда я услышал, что это был королевский приказ, это было моё измученное сердце, что схватило её, словно она была ниточкой жизни. Это было ошибкой. Очень, очень большой ошибкой, будь то факт, что я последовал королевскому приказу или что нарушил клятву, данную небесной женщине.
Сказать по правде, я сделал то, что сделал, не потому, что хотел выполнить королевский приказ. Моё сердце пребывало в ошеломлённом состоянии, и, как хозяин этого сердца, я не знаю, почему я поймал ту, что была передо мной, но я сделал это. Моё сердце не должно было колебаться и спотыкаться, но, следуя рефлексу, я схватил и удержал её. Из-за одного этого небесная женщина застряла на этой земле. 
«Ублюдок!»
Я обернулся и увидел, как она смотрит на меня в шоке и отчаянии. Её большие глаза были наполнены слезами. Я задержал дыхание и пристально посмотрел на неё. Не прощай меня. Я прошу тебя от всего сердца. Мой взгляд последовал за ней, когда она пошла к моему мечу. «Правильно», - я убеждал её. Женщина с Небес, вспомни, что я поклялся тебе жизнью. Помни это. Она шла ко мне, таща тяжёлый меч двумя руками. 
«Ты обещал, что отправишь меня обратно. Псих. Убийца».
Ясно. Небесное слово «псих» значит «убийца». Она права. И у неё есть полное право, чтобы так называть меня, и сделать то, что она собирается сделать.
(Она бежит к нему, опустив голову, как будто боясь смотреть на то, что собирается сделать).
Я встаю на её пути, и она пронзает меня мечом. Я хватаю её за руки и вонзаю меч ещё глубже в себя. «Qi» в моём теле сталкивается с мечом. Мне жаль, небесная женщина.
(От себя: я не стала пояснять, что такое «qi», но, наверное, надо)

(Точка зрения Ын Су)
Я поймала его, держа, когда он падал. Не могла поверить в то, что только что произошло. Он мог бы увернуться, но не сделал этого. Почему?
« Теперь мы в расчёте, верно?»
Что он говорит? Всё, о чём я могла думать, - это то, что я ранила человека. Я убила человека... У меня дрожали руки, держа его, в то время как он лежал на земле. Нет, пока нет. Он не умрёт. Его дыхание. Его пульс. Я всё чувствую. Нет, пока нет.

Часть 5
У Даль Чхи несут Чхве Ёна обратно, и он только что сказал Ын Су, что это не она его пронзила: он позволил ей себя пронзить.
(Точка зрения Ын Су)
Я могла видеть выражение его глаз: оно давало мне знать, что он собирался окончательно сдаться. Как только я это увидела, я испугалась ещё больше.
«Эй, ты».
Я пригвоздила его решительным взглядом. Я отказывалась отступать и  наклонилась к его уху.
«Я собираюсь тебя спасти. И поскольку я собираюсь это сделать, не смей даже думать о том, чтобы уйти. Ты понял меня?»
Он не пошевелился и не отреагировал. Однако в тот момент я увидела, как в его глазах блеснула нерешительность. Он всё ещё был в сознании. Моё сердце встрепенулось странным собразом, когда я увидела его глаза. Стараясь держать своё колеблющееся сердце под контролем, я специально закричала на тех, кто был вокруг:
«Зажгите свечи! Сделайте так, чтобы здесь было настолько ярко, насколько возможно!»
(Точка зрения Чхве Ёна)
Я на секунду открыл глаза. Эта женщина не собиралась сдаваться, не так ли? Я медленно терял сознание, но по-прежнему мог слышать её голос и голос королевского лекаря. Я снова закрыл глаза, возвращаясь в более глубокое, более тёмное тесто. Голос этой женщины всё больше отдалялся.
Когда Чо Иль Син сказал отставить меня с мечом и уйти, я почти улыбнулся. Понятно. Так надо. Умереть с мечом, который был со мной каждый день в течение семи лет, - это не так уж плохо. Мне полегчало, когда я подумал об этом. Но эта женщина упорно отказывалась сдаваться.
Как же это раздражает.
Неужели она действительно думает, что может спасти меня? Не смотря на мои усиленные протесты, она отказывается слушать то, что я хочу сказать.
Её яркие рыжые волосы... и тот аромат. Такими были мои последние мысли перед тем, как я полностью потерял сознание.
Часть 6
Сцена после того, как Ын Су оперировала всю ночь. Чхве Ён просыпается.
(Точка зрения Чхве Ёна)
Я увидел эту женщину в кресле около кровати. Она сладко спала, не смотря на холодный утренний воздух. Её яркие волосы сбились в неопрятные пряди вокруг её лица. Она выглядела измождённой... неужели она провела здесь всю ночь, сидя здесь... ухаживая за мной? Я не чувствую облегчения, хоть и пришёл в себя.
Нужно было спуститься вниз и осмотреться. Белая ткань, обвязанная вокруг моего живота, затрудняла движение. Судя по тому, как она была обмотана, это наверняка сделала женщина с Небес. Я не хотел пробуждать её от глубокого сна, поэтому я осторожно встал с кровати.
(Сегмент, которого нет в дораме: какую-то часть пути от постоялого двора до Корё они плыли на лодке/корабле. Сцена после этого сегмента).
(Точка зрения Чхве Ёна)
По-прежнему стоит хорошая погода. Я думаю, что мы доберёмся до Корё раньше, чем планировалось. Я видел, как королева и женщина с Небес сошли на берег. Из-за морской болезни её лицо было мертвенно-бледным. Когда она посмотрела в мою сторону, я отвёл взгляд. Я терпел всё лишь бы не разбираться с ней. Даже если бы она нанесла мне удар ещё раз, мне нечего было бы сказать ей. Судя по её поступкам, я думаю, что она забыла на время о неприязни ко мне.
Во время путешествия по морю, с качающейся лодкой и тошнотой, она определённо чувствовала себя нехорошо. Но она старалась прийти и увидеть меня не один раз. Прижимая к груди свою сумку, которую она принесла с Небес, она сказала другим передать мне, что должна осмотреть и обработать рану. Они проводили её ко мне один раз, но в остальное время я приказал, чтобы она больше не приближалась ко мне.
Отказавшись увидеть её и отослав обратно однажды вечером, я увидел её стоящей на корме на следующее утро. Дул сильный ветер, лодку (корабль) неистово качало... Неужели она не боялась стоять там? Я спрятался за столбом и наблюдал за ней на случай, если б вдруг она упала за борт. Она смотрела на море. Ветер развевал её волосы, и её освещало яркое утреннее солнце. Смотря на неё, я начал волноваться. Сможет ли она выжить на этой земле? Что если она не сможет долго жить в другом мире? Чем больше я думал об этом, тем сильнее беспокоился.
В какой-то момент она исчезла ненадолго из виду, но, когда солнце осветило её, я осознал, что она была по-прежнему там. Я вдруг почувствовал облегчение. Она должна была продолжать существовать, чтобы я смог сдержать данное ей обещание. Если б она упала где-нибудь и исчезла, я не смог бы сдержать обещание. И если б так случилось, тогда вина лежала бы камнем на сердце всю оставшуюся жизнь.
Чан Бин, королевский лекарь, пришёл ко мне. Он сообщил, что женщина с Небес так беспокоилась за меня, что начинала злиться на меня. Но, тем не менее, Чан Бин отказался позволить ей увидеть меня. Он знал, что я чувствовал, поэтому не старался заговорить со мной снова.
Часть 7
(На пути во дворец. Ын Су в повозке. Её точка зрения)
У меня всё ещё болела голова от путешествия по морю. Я пыталась встретиться с ним на корабле, но мне отказали. Дважды, триджы... Я пыталась найти его, но лишь была остановлена его высокомерными подчинёнными.
Всё верно. Почему б человек, который хотел умереть, общался с именно тем, кто его проткнул, а потом спас? Каждый раз, когда я смотрю на него, я думаю, что он психопат. Однако каждый раз я чуть ли не хочу убить себя за то, что почти стала убийцей. Почему я такая? Что я буду делать? Как я стала такой? Не важно, сколько я думаю об этом, я не могу поверить в то, что я сделала. Я ранила кого-то мечом своими собственными руками.
«Вы этого не делали».
Таковы были его слова. Всё верно. Хоть я и намеревалась ранить его, побежав в его сторону, моей непоколебимости не хватало, чтобы глубоко его ранить. Я не знала, насколько глубоко я собирались его ранить. Я просто действовала, не думая. Не знала, что меч окажется таким эффективным. Не знала, что доспехи, выглядевшие такими толстыми, можно так легко проткнуть мечом насквозь.
Вопреки тому, что я не знала всё это, я подняла меч и побежала в направлении к нему. Этот мужчина просто принял меч и вонзил его глубже в себя. На секунду разум вернулся ко мне. Зачем он так поступил? Он действительно хотел умереть? Что бы это ни было, мне нужно его увидеть. И когда я увижу его, нам надо поговорить.
Прежде всего я хочу осмотреть его рану (теперь уже, после операции), которая меня очень беспокоит. Тот факт, что не было антибиотиков, и опасность заражения пугают меня. Поэтому я хочу спросить, как он (себя чувствует). Я также хочу узнать, почему он не увернулся от меча. Почему он должен был это сделать передо мной... И... Я хочу спросить его, почему он сказал те слова: «Вы этого не делали».
Я помню сильную руку, которая схватила воротник моей рубашки. В тот момент мы были так близки, что наше дыхание смешивалось...  Я всё это помню. Я по-прежнему отчётливо слышу в своих мыслях его приятный, тихий голос. Хотя лицо его исказила боль, он, тем не менее, говорил твёрдо. С тех пор те слова эхом звучат вокруг меня, окружая меня и обволакивая.
Часть 8
(Во дворце. Чхве Ён думает о своём отце, разговоривая с ним. Он где-то прячется и пытается излечиться с помощью «qi»).
«Отец, я больше так не могу. Я сделал всё, что мог».
(Он имеет в виду свой долг стране).
Я вернул все долги, кроме последнего... той женщине с Небес. Как только я верну ей долг, я смогу покинуть этот мир. И потому я должен продолжать жить. Я сниму доспехи  и попытаюсь использовать «qi», чтобы вылечить рану. Я видел, что началось заражение.
Небесная женщина с яркими волосами... Я должен отправить её назад... Я должен ей это.
Не говори мне, что она где-то плачет. Её глаза полные слёз, как ребёнок...
(Сцена, когда Чхве Ён смотрит на Ын Су сквозь щель в двери королевской лечебницы.)
Я услышал её голос и понял, что она в одной из комнат. Я мог видеть её через щели в двери.
«Эй? Hello? Есть кто-нибудь?»
Она выглядела так, как будто она хотела, чтобы кто-то её направил. Я продолжал стоять за дверью и наблюдать за ней скволь щель. Я повёл себя так, пойдя на поводу у инстинкта, не зная на самом сделе, почему я так поступал. Так как ей никто не ответил, она начала говорить громче.
«Что это такое? Если вы привели сюда кого-то, вы должны, по крайней мере, показать человеку что да как. Было б хорошо, если б я могла помыться. Где здесь туалет?  Кто-нидудь собирается меня накормить? Они должны были мне дать немного поесть!»
Я начал улыбаться, не осознавая, что делал это. Какое облегчение! Она не плакала. Хотя складывалось впечатление, что она постоянно возмущалась по поводу того, что у неё что-то болело, её голос был по-прежнему громким и ясным. Она продолжала использовать небесные ругательства. Была такой же энергичной. Но, тем не менее, я избегал её.
Она подняла ногу. Я увидел, что она поранила колено. Без лишних рассуждений она внезапно закатала брюки до колена. Я мельком увидел её белоснежную ногу и, мгновенно опустив голову, отвернулся.
Я мог слышать её голос за дверью: «А-а-а... Так больно».
Услышав это, я сказал про себя (в своём сердце): «Вот поэтому Вы должны быть аккуратнее». Но не произнёс этого вслух.
Я действительно не осмеливался сказать это ей лицом к лицу. К тому же, в этом не было необходимости. Если я появлюсь опять перед ней, она снова может попытаться  схватить меня за запястье. Я не хочу больше подходить к ней близко. С такими мыслями я поднял голову, чтобы снова посмотреть на неё. Она сидела там одна с одиноким и грустным выражением лица. Но хотя выражение её лица было одиноким, её глаза по-прежнему горели. Эти её глаза... Было бы лучше, если б я не помнил их...
Казалось, что у неё всё хорошо. Я пришлю двух У Даль Чхи охранять её. Она начала ворчать из-за своих брюк и пыталась сама исправить ситуацию. Из-за этой надоедливой женщины, пусть и будучи под тяжестью того, что я должен сделать, я запутался и сбит с толку, но забыл про боль на короткое время. Я даже забыл о том, что должен сделать для нового короля. Я не осознавал, что она влияет на меня на уровне подсознания.
Часть 9 и 10
(Сцена, когда Ын Су приходит в казарму, чтобы проверить, как он там)
(Точка зрения Ын Су)
День подходил к концу, а от того психа так и не было вестей. Мне нечем было заняться, и я бродила по королевской лечебнице. Почему он не приходит? Мои туфли на высоком каблуке были испорчены, поэтому я не могла их носить. Таким образом, мои брюки касались земли. Я поискала ножницы и, найдя, начала обрезать брюки. В итоге, получились короткие шорты.
Почему он не приходит? Я не могу идти к Чан Бину и снова хандрить. Это не может продолжаться. Я должна найти его самостоятельно. Просто так ждать – это не в моём стиле. Я схватила свою сумки и покинула лечебницу.
(Точка зрения Чхве Ёна)
Я увидел, как Чун Сок посмотрел в сторону входа, и, один за одним, У Даль Чхи начали пристально вглядываться туда. Толь Бэ хотел было присвистнуть, но остановился. Я посмотрел в том же направлении. У входа, собираясь войти, стояла небесная лекарка. Но её брюки... они были обрезаны до уровня бёдер и чуть ниже...
С неодобрением я поднялся и сел, не веря своим глазам. Я думаю, что впервые столкнулся с такой ситуацией. В помещение полное мужчин, - казарама У Даль Чхи, - женщина с Небес вошла с оголёнными ногами. Я знаю, что творилось в головах у моих подчинённых, когда они уставились на неё... какие мысли у них были... От мысли об этом у меня загружилась голова. Женщина с небес игнорировала все взгляды; её глаза, ища, осмотрев всё вокруг, наконец нашли меня.
(Точка зрения Ын Су)
Как только я его увидела, моё сердце словно упало. Он был тут. Хотя моё сердце сжималось, он сидел тут, как будто всё было в порядке. Нет, он выглядел неважно. Выражение его лица было неясным, но он выглядил так, как будто умирал. Он не знал, как я волновалась. Я так боялась, что он упал где-нибудь один-одинёшенек, и никто не знал об этом. Мне потребовалось время, чтобы моё сердце вернулось в нормальное состояние, а также потому, что я боялась, что он опять оттолкнёт меня. Я решила говорить лёгким, непринуждённым тоном.
«Когда я работала в госпитале, то было что-то, что мне нравилось: пациенты сами приходили ко мне. Мне не надо было их искать».
У него и мускул не дрогнул: он просто сидел там и смотрел на меня сверху вниз. Мысль о том, чтобы подняться к нему, была в тягость. Прийти сюда, чтобы найти его, уже было опрометчиво. Я подумывала о том, чтобы отступить.
«Пожалуйста, спустись сюда на минутку».
Они ничего не сказал, а просто продолжал смотреть на меня.
« Ты слышал меня? Я сказала, чтобы ты спустился ненадолго. И, пожалуйста, сними рубашку».
Он никак не отреагировал, но я услышала, как все позади меня открыли рты от удивления. 
Я не собиралась уходить. Я обязана была выполнять свою работу врача ещё немного дольше, хотя это было несколько опасно. Таким образом, у меня не было выбора: я с неохотой поднялась к нему. Он не хотел приходить ко мне? Хорошо, тогда я прийду к нему. Невелика беда.
Когда я оказалась с ним рядом, я попыталсь взять его запястье, но он отдёрнул мою  руку (прим.: он отмахнулся от неё, шлёпнув её по руке). Его прикосновение было очень недобрым. Не осознавая это, я резким движением подняла голову, чтобы посмотреть на него. Я должна была выполнить свои обязанности врача, мне нужно было быть спокойной. Проблема заключалась в моём пациенте. Он не выглядил так, как будто смог бы выжить и жить ещё в течение долгого времени. Я крепко сжала сумку и со сбившимся дыханием поспросила его ещё раз.
«Я не собираюсь брать тебя за руку. Я хочу пощупать твой пульс. Я не буду держать твою руку, поэтому не волнуйся».
Я снова потянулась к его запястью, но он увернулся и встал.
(Чхве Ён делает выговор своим подчинённым за то, что они пустили её сюда, и направляется к двери, чтобы уйти...)
(Точка зрения Ын Су)
Всё то время, пока он отчитывал своих подчинённых, он ни разу не обернулся и не посмотрел на меня. Начиная с того момента, как мы сели на лодку/корабль, чтобы добраться сюда, с того момента, как мы сошли на берег, и до настоящего времени, он ни разу не посмотрел прямо на меня. Когда я говорила с ним, он меня игнорировал. Когда я пытаюсь дотронуться до него, он ударяет меня по руке. Я спустилась, кинула в него сумку и закричала на него.

«Сумасшедший ублюдок! Что я сделала не так?»

Он обернулся.
«Я жила себе в удовольствие. Ты похитил меня и привёл сюда!»
  Всё содержимое моей сумки вывалилось наружу. Он просто начал собирать (мои) вещи. Он смотрел на меня глазами полными потрясения. Он был почти похож на ребёнка в этот момент. Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Сказала себе, что не могу плакать. Но когда я говорила, я слышала плач в своём голосе.
(Ын Су продолжает говорить о том, как она скучает по своему миру, и как плохо он к ней относится...)
(Точка зрения Чхве Ёна)
Женщина с Небес начала снова идти в мою сторону. Я не знал, что делать, и просто смотрел, как она подходит ко мне. Я начал было уходить, но она продолжала идти в мою сторону...
В этот момент она практичеки плакала, умоляя меня пройти лечение. Что-то внутри меня начало нарастать. Я бросил на пол её сумку, которую до этого поднял, и, сам не осознавая, направился к ней. Я схватил её за плечи и начал отталкивать назад: я не собирался останавливаться. Только когда её спина коснулась столба, она перестала двигаться. В этот момент она смотрела на меня испуганными глазами. По выражению её глаз я видел, что она едва сохраняла самообладание.
Я убрал руки и выпрямился. Обернулся назад. Чун Сок смотрел на меня вместе с другими У Даль Чхи. Он первым взял себя в руки и приказал другим отойти и выйти из комнаты. Я подождал, пока закрыли дверь. Они видели то, чего не должны были видеть. Я не делал это ради себя: я делал это ради неё. 
Когда я снова посмотрел на неё, она стояла так же, как и раньше. Смотрела на меня глазами полными слёз. Что, чёрт возьми, было в её глазах такого, что прожигало меня магнетизмом? Я стоял, не шевелясь. Поскольку мы стояли так близко к друг другу, она была напугана. И это задело меня ещё больще. Когда она постаралась ускользнуть, я ударил рукой по столбу, дабы предотвратить это.
(Тут их разговор, который заканчивается тем, что он ей обещает закрыть её рот, если она не замолчит сама).
(Точка зрения Чхве Ёна)
Услышав это, она замолчала и просто уставилась на меня. Я пристально смотрел на эти беззащитные губы, и в тот момент я сдался. Я не мог так больше. Эта близость между нами... её аромат, кружащийся вокруг меня, наполнял меня... Я больше не мог этого вынести. Я выпрямился и отвернулся. Сделал несколько шагов прежде, чем смог снова начать дышать спокойно...
Я приказываю ей не входить снова в помещения полные мужчин. Лёгкий бриз, и мой взгляд снова прикован к её голым ногам. Сытый по горло, я вытягиваю руку, чтобы преградить ей путь, в то время как она уходит.

«Я не знаю, как люди одеваются на Небесах, но здесь, на земле...»
Она схватила моё запястье и, когда я попытался высвободиться, отказалась отпустить. Другой рукой она прикоснулась к своему лбу, и я предположил, что она пытается определить мою температуру. Её лицо исполнилось тревогой.
«Такое чувство, что свыше 38° ...»
Я начал волноваться из-за неё. Она порылась в своей сумке и что-то достала.
«Я даю тебе свой аспирин. Его можно использовать от головных болей, температуры и т.п. Две таблетки три раза в день. Это, конечно, небольшая помощь, но всё-таки...»
Она протянула руку, и я увидел прозрачную бутылочку. Её голова была опущена, и я не мог видеть выражение её лица. Поэтому я не хотел брать бутылочку. Я хотел увидеть, плакала ли она или взяла себя в руки. Это был единственный способ убедиться. С её опущенной головой и дрожащим голосом, когда она говорила, я не знал, как поступить с ней. Не говорите мне, что она и вправду волновалась за меня? Она что-то пробормотала, протянув мне бутылочку. Я не услышал, что она сказала, и не мог удержаться от того, чтобы не спросить.
«Что Вы сказали?»
Наконец, она подняла голову и посмотрела на меня. Она была похожа на сопротивляющего и сомневающегося ребёнка.
«Не умирай».
Что???
«Я сказала ‘не умирай’. Хоть я и знаю, что ты псих, но что будет со мной, если ты умрёшь и оставишь меня совсем одну? Поэтому, пожалуйста...»
Эта сопротивляющаяся женщина посмотрела на меня. Услышав её слова, я не мог пошевелиться, поэтому она взяла мою руку и вложила в неё бутылочку. Её прохладная рука коснулась моей тёплой руки словно лепестки цветка. Но вместо её руки, в моей руке осталась бутылочка.
Когда я наконец взял себя в руки, она уже была у двери. Она вышла за дверь, закрыв её за собой. Я опустил руку, которая начала дрожать: в ней не было больше сил. Я крепко сжал бутылочку и сел, смотря на неё и твёрдо опёревшись на пол. Прозрачная маленькая бутылочка с лекарством внутри. 
Женщина, давшая мне её, сказала мне... Так, как будто всё знала... Не умирай.

Другие моменты из первого тома (из первого эпизода)
Первая встреча в аудитории: Чхве Ён пытается рассмотреть её лицо, но она поворачивается к прожектору и обратно.
(Точка зрения Чхве Ёна)
В тот момент (я смог рассмотреть) женщину, (которая стояла) перед движущимся изображением. Тот сладкий голос принадлежал ей? Это был мелодичный голос: он опускался и подымался. Её пальцы были подвижными. Всё, что оставалось рассмотреть, - это её глаза. Все присутствующие начали оборачиваться, чтобы посмотреть на меня. Наконец, она меня увидела и посмотрела прямо в глаза. Эти горящие глаза с изумлением смотрели на меня. Я задержал дыхание, повернулся к ней и посмотрел на неё в ответ. 
Ын Су уже после разговора с подругой (мысли):
Я вдруг вспомнила о человеке из массовки, которого я видела ранее. Я очень отчётливо помню эти глаза. Невероятно. Я осознала, что, вместо тех нелепых доспехов, который были на нём, его глаза произвели на меня гораздо большее впечатление. Моя голова опять начала побаливать. Его глаза были такими глубокими. Он не просто смотрел на меня: это были глаза, которые могут заглянуть глубоко внутрь и узнать всё, посмотрев лишь раз. Что со мной такое? Я, наверное, не соображала из-за головной боли.
У Небесных врат
(Точка зрения Чхве Ёна)
Когда я увидел её плачущей, мне стало её жаль. Она плакала как ребёнок. Слёзы бежали по её щекам, пока новые копились в глазах. Не знаю, что нашло на меня, но я сказал ей эти слова. Я действительно сказал. Я совершенно не собирался говорить такое, но они сорвались с моих губ прежде, чем я мог подумать.
«Я, Чхве Ён, воин Корё. Именем воина я буду рисковать своей жизнью, чтобы гарантировать, что я отправлю Вас обратно сюда. Это клятва».
Я снова встал перед ней, отступающей назад, пошатывающейся и спотыкающейся. Она внезапно потеряла сознание, я обнял её за талию и держал в объятьях. В следующий момент мы прошли через врата и начали падать в туннель.
(Точка зрения Ын Су)
Я впервые опускалась с высоты. Я открыла глаза, но всё вокруг было настолько ярким, что я снова их закрыла. Дожно быть я потеряла сознание. Со мной никогда в жизни такого не случалось. Кто-то держал меня за талию и прижимал меня ближе к себе. Значит я действительно упала в обморок. Я умирала от страха, поэтому я зарылась поглубже в объятья того, кто однимал меня, держась за него крепче. Снижение занимало слишком много времени.

+2

202

Свадьба генерала
Описание:
Как наш доблестный генерал на Небесном Докторе женился
1 часть

Свернутый текст

1
Он думал об этом весь день - пока отдавал распоряжения и разговаривал с Королем, и готовил ловушку, и когда брал в руки лук, на время изменив непослушному мечу, и когда возвращался назад, приглядывая за столь опасными пленниками - он тоже думал. О том, что будет этой ночью, и пытался представить, на что это будет похоже, но представить не получалось.
Наверное, он начал думать об этом даже раньше, с той самой минуты, когда вдруг понял, что вот она - его женщина, и она добровольно пришла, сама. И стены вокруг, а за ними больше ничего нет, а ненастоящее будущее вдруг мелькнуло, подобно солнечному лучу, прорезавшему вязкость тумана, и осветило их путь, который невозможно пройти.
Если бы эта женщина только знала слово “невозможно”.
А может быть, он думал об этом, ощущая её дыхание на замершей руке. О том, что однажды ему будет к кому вернуться.
Вчера был страшный день, и страшной была ночь, и Ын Су спала, и даже во сне ей было страшно. Он долго не решался прикоснуться, а потом слегка погладил по волосам, и она вдруг всхлипнула, как ребенок, как всхлипывал во сне Король Кён Чан, и прошептала “мамочка”.
Наверное, доктор Джан был её первой огромной потерей. Он был сильным и добрым, и Чхве Ён уважал его, но у него таких потерь было гораздо больше. Он терял их за годом год - добрых и сильных воинов, почти друзей, больше чем друзей, людей, доверивших ему свою жизнь. Он почти даже привык, но её жалкое “мамочка” вдруг напомнило, что привыкнуть невозможно.
Чхве Ён почти не помнил свою мать, его мир возглавлял отец, а потом учитель, а потом Короли, которые так и норовили помереть. Он почти ничего не знал о мире Ын Су, том самом из которого он её насильно выдернул, и редко понимал, когда она рассказывала о нем, но точно помнил, что в том мире у неё есть родители, а у родителей ферма за городом, и что они ждут свою дочь, а она по ним очень скучает. И там есть многие вещи, которые она любит - странные заведения под названием “бары”, какое-то “кимчи”, и свои блестящие инструменты и круглые таблетки, и в том мире она может много, а в этом мало. В этом мире она изо всех сил старается остаться в живых.
Тонкая прядь покорно обвивала его запястье, а он все сидел на корточках, в той самой позе, в которой обычно застывал в засадах, и уже занимался рассвет, а он не мог пошевелиться, словно боялся потревожить эту тонкую прядку, так доверчиво льнувшую к его руке.
Никогда он не пытался представить себе, что будет потом, после того, как доктор вернется домой. Запрещал себе крепко-накрепко, но оно заползало под доспехи, едко царапая внутренности. А этой ночью думалось не о том, как без неё, а о том, как с ней.
Это было так... глупо. Как бывает глупо только у по-настоящему живых людей.

Она проснулась с улыбкой на лице. Это так его потрясло, что он даже оглянулся на выходе - не померещилось ли? Как вообще она может улыбаться?
Конечно, он ушел от неё - от сонной и теплой, с чуть розоватой спросонья кожей и блестящими глазами, и весь длинный, хлопотный день представлял себе, что будет, когда он вернется. Чхве Ён пытался догадаться, чем она занимается, придумывал себе, как она ходит по его - по их - комнате, склоняясь над своими мисками и горшочками, считает минуты и шаги, и проклинал всех на свете, за то, что ему пришлось оставить её одну, и вспоминал её слова о том, что кому нужен такой муж, как он, который то и дело убивает других людей.
Муж.
Это были уже совсем дикие мысли. Неудивительно, что меч выскальзывал из его рук раз за разом. Возможно, он не хотел смотреть на жалкие метания своего хозяина. Чхве Ён и сам с удовольствием бы отвернулся.
И он несся в казарму, пугая мрачным выражением своего лица окружающих, и всё пытался вспомнить, какой именно ширины его кровать. Достаточно узкая? Недостаточно узкая? Голову жгло, как будто её охватывал раскаленный обруч. Ын Су ведь с небес, и кто знает, чего она ждет от него. Или не ждет вовсе, что еще хуже.
Целая ночь - на двоих. В полутьме каменной безопасности, в такой близости друг от друга.
Лишь бы больше никто не умер.
Он скажет ей, что скучал. Точно скажет. Ничего сложного в этом нет. Нужно просто открыть рот и произнести несколько простых слов. Он ведь оставил её одну на целый день, и все время спешил обратно, но все равно возвращался уже в темноте, и она имеет право на немного утешения.
Чхве Ён услышал смех Ву Даль Чхи одновременно с её звонким голосом. Доктор с Небес бодро командовала его воинами, а они слушались её, как щенки. Он застыл ненадолго в тени, наблюдая за безумием этой сцены. Ын Су с черпаком в руках, и стоящие в очереди самые опасные мужчины в этой стране, и чашки в их руках игрушечно маленькие, а черпак очень большой. Компот? Что это за слово такое - компот?
Раскаленный обруч с головы сместился вниз, удавкой обхватывая шею. Дышать стало нечем.
Его несгибаемая женщина совершенно не собиралась предаваться унынию в заточении и одиночестве. Она собирала фрукты и варила компот. На её руке кровоточила смертельная язва, накануне она потеряла единственного друга, а сейчас пряталась от убийц в компании пропахших потом вояк, и поучала их, как ни в чем не бывало, и рассказывала о полезных свойствах напитка, и Дэ Ману точно достанется вторая порция, потому что он вырос в горах без мамы и папы, и поэтому обладал некоторым преимуществом - Ын Су как-то все подробно объяснила Чхве Ёну, но он не слишком-то и понял.
Нет, совершенно точно даже на Небесах она такая одна-разъединственная.
Наверное, нужно было отчитать её - за то, что обдирала фруктовые деревья, а не пряталась, как полагается, но она смотрела с таким ожиданием, и все Ву Даль Чхи застыли в точно таком же ожидании, и Чхве Ён вдруг подумал, что возможно впервые в жизни его ребята могут принять другую сторону.
Ын Су была для них больше, чем небесный доктор или женщина их предводителя. Она была для них надеждой - для каждого из них - на то, что однажды на смену крови и поту придет совсем другое, что-то светлое, что-то дарующее жизнь, а не смерть.
Победы и слава рано или поздно становятся не такими уж и нужными.
Он еще только додумывал свою мысль, а все вокруг заулыбались, расслабились, и Чхве Ён понял, что это потому, что улыбается он сам.
И потом, когда он долго-долго лил на себя воду, и все боялся, что где-то осталась хоть капелька чужой крови, и ведь реки остались, он все пытался придумать, как же объяснить этой женщине все то, что переполняло его с макушки и до пяток. И не мог объяснить всё это даже самому себе.

Конечно же, сначала нужно было спросить о главном, о том, что готовилось в её чудо-горшочках, о том, что несло надежду, но Ын Су поступила совершенно нечестно, распустив волосы. И Чхве Ён тут же потерялся в их переливах и заплутался в запахе, и ему показалось, будто он не на твердой земле, а покачивается в лодке, и он уже ничего не слышал и ничего не понимал, а проклятая рука предала его снова, но даже это было сейчас неважно.
Такая смешная, доктор сказала “потяни сильнее”, а если бы он в самом деле потянул, то точно сломал бы ей руку, поэтому просто дышал - их специально учили дыхательной технике, еще там, в Чжо Коль Дэ - как правильно дышать, когда невыносимо. И все силы уходили на остатки самообладания - он же Чхве Ён, он же опора Королей, нелепо было бы сейчас не соответствовать, он даже спихнул её с кровати, и вдруг испугался, что не успеет, но все-таки перехватил за руку, дернул к себе - несильно, несильно, она же невероятно слаба - и закрыл глаза, выжидая, очень стараясь не думать о том, что кончики её волос щекочут ему подбородок.
Могла ли Ын Су встать и уйти от него?
Это же его женщина. Она же сама к нему пришла. И она же спросила однажды “могу я остаться”, как будто у него были ответы!
Ын Су легла рядом, притихшая, послушная. Она умела быть послушной, иногда. Только с ним, потому что давно его выбрала, и даже нож к горлу подносила, потому что выбрала его, а он все равно боялся, как мальчишка. И протянул ей руку и показалось, что время натянулось, как тетива, и наконец-то ощутил её пульс, который бился прямо в его вены на запястьях.
Она так часто мерила всем подряд пульс, что Чхве Ён поневоле стал разбираться в этом.
Он просто лежал и считал. Вот будет и десятый удар, и тогда.
Пять.
Он же так и не сказал ей, что скучал и целый день беспокоился, а сейчас говорить невозможно, и...
Десять.
Он уже целовал её, но тогда было по делу, и вокруг были враги, и все было совершенно не так, как должны быть. Потом, в затхлой темнице, он все пытался восстановить в памяти вкус её губ, но ничего не получалось.
Чхве Ён приподнялся на локте, разглядывая тонкое лицо. Глаза Ын Су были закрыты, но веки слегка дрожали, и губы тоже, и все было уже понятно наперед, но от этого не было проще. Очень легко, едва касаясь, он поцеловал её в висок, невольно отметив синеву под глазами, и тогда она вздохнула и высвободила свою ладонь из его руки, обняла его за шею, и тогда он склонил голову еще ниже и дотянулся, наконец, до её губ.
Вот так вот оно и бывает.
Он целовал её так медленно, как давно мечтал, смакуя эту мягкость и податливость, и в темноте плотно зашторенных век мир потерялся, остался только вкус и запах, и нежность рук. Она тянула его за волосы и заплеталась в них пальцами, гладила лицо, прижимала к себе, и дышала куда-то прямо в разверстое сердце, и Чхве Ён понял, что больше не выдержит нестерпимой остроты каждого прикосновения. Отпрянул, тяжело дыша, открыл глаза, пытаясь восстановить равновесие и не восстановил, потому что увидел и рассыпавшиеся по подушке волосы, и затуманенный взгляд, и влажные губы - а главное, выражение невосполнимой потери на лице Ын Су.
Он сразу испугался, что расстроил её, потянул к себе, прижал так сильно, что она охнула, и тут же тихонько засмеялась, и он тоже засмеялся - куда-то в её шею, и принялся целовать, спускаясь все ниже, и грубость неуместной ткани сбила его с толку - что это, откуда. Запутались полы одежды, заплетались, не желая развязываться пояса, а руки дрожали так сильно, что с первого раза не получалось распутать. Он даже зашипел от раздражения - ну куда одной женщине столько одежды - а потом все стало лучше, потому что они все же справились, и Чхве Ён замер ненадолго, разглядывая почти обнаженную Ын Су - мурашки на её коже, ключицы, тонкие плечи, небольшую грудь. Она не двигалась, позволяя ему смотреть, и время застыло серебристой паутиной, и не было сил ни на что, все свелось к крупноватым ягодам сосков.
- Позволь мне...
Он сам не знал, о чем просил, а она, видимо, знала, потому что придвинулась ближе, и Чхве Ён лизнул её грудь, он хотел просто прикоснуться губами, но почему-то лизнул, и лопнула паутина, возобновило свой бег время, и даже наверное стало быстрее. Он обхватил ладонями узкую спину Ын Су, еще ближе, еще нестерпимее. Она качнулась назад, увлекая его за собой, и ему стало страшно, такой тяжелый, но эта женщина оплела его руками и ногами, не позволяя отстраниться, и в широко распахнутых глазах отражалось небо, которому неоткуда было взяться в крошечности этой комнаты.

Потом, когда он еще не понял, что все завершилось, когда он открыл глаза - там у дерева и увидел небо, он вспомнил эти минуты и улыбнулся, представив, сколько еще у них впереди. Он лежал на траве и улыбался небу, и часы текли, как минуты, а Ын Су все не возвращалась, и он почти даже не беспокоился, когда наступила ночь, и когда пришло утро.
Спустя три дня приехала Королева и увела его за руку от погасшего на 67 лет портала.
И целых пять лет он не смел поднимать глаза кверху, чтобы не ощутить снова всю горечь постигшей его потери. Но ощущал её, куда бы не смотрел.
И ждал, и терял рассудок, и продолжал верить, сцепив зубы.
И даже не удивился, услышав шаги за спиной. Он узнал эти шаги раньше, чем обернулся. Помедлил секунду, разглядывая облака, и только потом повернул голову.

0

203

2 часть

Свернутый текст

2
Чхве Ён много раз представлял себе, что именно он сделает, когда Доктор с небес вернется. Она сама его этому научила. Нужно будет протянуть вперед руку для рукопожатия - у них там, в её мире, так принято.
Он представлял себе это много раз, но про все забыл, увидев её лицо. Оно было немножко другим, не таким, как он помнил. Оно стало... спокойнее? Будто какое-то новое знание подсвечивало её кожу изнутри, глаза сияли, губы были розовыми, а вовсе не такими бледными, как раньше.
Ын Су выглядела хорошо, гораздо лучше, чем в последнюю их встречу - сразу видно, что её давно никто не травил и не пытался убить другим способом. Она хорошо ела и хорошо спала, и он был благодарен ей за такую заботу о себе. Однако её шляпа и непривычный наряд вывернули мысли Чхве Ёна совсем в другое русло.
- Все-таки, - сказал он, и замолчал, испугавшись грубости своего голоса. Начал заново: - я же просил тебя не бродить по другим мирам!
Нежнее, увы, не получилось.
И тогда эта женщина запрокинула голову назад и засмеялась. Шляпа сбилась, оставив неприкрытыми распущенные волосы, и звонкий смех, казалось, ударялся об небо и возвращался эхом на землю.
Она вернулась. Она действительно вернулась.
Чхве Ён не допонял еще это до конца, но его тело уже само рвануло вперед, его руки сграбастали смеющуюся женщину в свои объятия, а губы легко прикоснулись к беззащитной, открытой шее.
Она действительно вернулась.
Перестала смеяться, обхватила ладонями его лицо, сказала удивленно:
- Что это? Щетина?
И он как-то сразу понял, что больше такого на его щеках расти не должно.
- Ходят слухи, - продолжила Ын Су, её голос срывался, она скорее шептала, чем говорила, произнося слова гораздо медленнее, чем обычно, - что ты гоняешь юаньские войска по округе, словно кроликов. Я горжусь вами, генерал.
И от этого голоса, и от этого слова что-то перемкнуло в голове Чхве Ёна, потемнело в глазах, он даже слегка качнулся, и она тоже слегка качнулась, послушная его движениям.
- Никогда... Никогда больше... Ни на шаг... Чтобы я всегда знал, где именно ты!
- Да, мой генерал.
Он не понял, чего в её голосе было больше - нежности или смеха. Зажмурился, стискивая её в своих объятиях, впитывая запах трав, и женской кожи, и чего-то еще, от чего становилось в груди горячо и холодно одновременно. А она как-то так повернулась, что он почувствовал легкое тепло её дыхания на своих губах, и, зажмурился, упал в поцелуй, как в речку.
Вот так было правильно, вот так и должно было быть всегда - трепещущая, полная тепла женщина в его руках, и её сердце, которое билось об его грудь, и приоткрытые мягкие губы, и все сокровища мира за её тихий стон, и горячие слезы счастья - его? её? - и тишина вокруг.
Тишина, которую нарушал только топот быстро бегущего человека.
Чхве Ён застонал сквозь зубы, еще секунду дал себе, а потом очень медленно, очень неохотно, разомкнул поцелуй, слегка отодвинулся, взял Ын Су за руку.
- Ты голодна?
- Что?
Она была так изумлена, что стало понятно: она не слышала этих шагов, хотя Дэ Ман и топал, как слон.
- Сейчас принесут еду, - сказал Чхве Ён, улыбаясь её удивлению. - Как давно ты ела?
Она моргнула, словно просыпающийся ребенок.
- В этом столетии еще не ела, - сказала неуверенно. Потом улыбка снова засияла на её лице: - Понимаешь, я как раз заказала еду, но увидела Ву Даль Чхи, и не успела.
Он не выдержал и, несмотря на то, что Дэ Ман был совсем близко, несколько раз быстро поцеловал её, куда пришлось - в губы, в щеки, нос, веки.
- Генерал! Генерал!
Дэ Ман появился из-за холма, по инерции пробежал еще немного, и остановился, как вкопанный, вскинув руку козырьком ко лбу. Потом ахнул, что-то залопотал и побежал снова, бережно прижимая к груди узелок с едой. Подлетел к ним, положил свою ношу на камень и с размаху поклонился небесному доктору так низко, как и генералу не кланялся, не говоря уж о королях всяких.
Когда он выпрямился, стало видно, что глаза у воина на мокром месте.
- Я говорил им, - сказал он таким голосом, словно продолжал старый, всем надоевшим спор, - что вы вернетесь! А они говорили... - и он вполне отчетливо шмыгнул носом.
Ын Су обняла его, такого худенького, такого родного, чем, кажется, повергла беднягу в еще большее смятение, обняла одной рукой, потому что вторую Чхве Ён бдительно и крепко держал при себе.
- Пикник! - провозгласила Ын Су, перестав смущать Дэ Мана. - У нас будет пикник!
- Что? - хором спросили мужчины.
- Еда на природе. У нас на небесах люди берут с собой корзинки и отправляются в парк...
- Дэ Ман сыт, - отрезал генерал, для пущей убедительности пнув своего воина ногой. Тот отскочил, часто закивал, улыбаясь, утирая глаза рукавом. Потом увидел, наконец, лицо командира, вытаращился с внезапным пониманием, и завопил:
- Наша доктор вернулась!
После чего развернулся и побежал обратно.
- Ну вот, - сказал Чхве Ён, - сейчас все Ву Даль Чхи сбегутся, посмотреть на чудесного доктора.
Ын Су быстро посмотрела на него:
- Как много незнакомых лиц.
Но он был слишком счастлив, чтобы обратить внимание на нотку горечи в её голосе. Сел на камень, потянув её за собой, положил перед ними узелок. Задумался. Одной рукой было очень сложно его развязать.
- Я никуда не исчезну, - сказала Ын Су.
Чхве Ён был вовсе не уверен в этом, тогда она взяла его сразу за обе руки, положила их себе на талию, и принялась развязывать узелок.
- Ходят слухи, - сказала она, - что ты сидишь здесь дня четыре, не меньше.
- Как давно ты здесь? - спросил он, прислоняясь лбом к её спине.
- Несколько часов.
- А сколько слухов уже успела узнать!
Она засмеялась, обернулась к нему.
- Ешь, - велела самым докторским тоном, - а то одна щетина осталась.
Он помотал головой, глядя на то, как она ест. С досадой понял, что глазам опять горячо.
Она здесь, она ест, она здорова и скоро будет сыта. И она вся его.
Наверное, что-то изменилось в выражении его глаз, потому что Ын Су бросила жевать, судорожно сглотнула, а потом сама потянулась к нему. Узелок с едой упал на землю, но они не обратили на это внимание.
- Нам нужно, - пробормотал Чхве Ён, - к Королю.
- Да? - удивилась она. - Прямо сейчас?
Он вздохнул терпеливо, поправил её волосы - кажется, на этот раз он сам был причиной того, в каком они беспорядке, пояснил серьезно:
- Мне очень сложно будет жениться на тебе без разрешения Короля.
- Жениться?
Говорить о том, что он еще несколько лет назад приобрел для неё красивое свадебное одеяние и иногда, когда становилось совсем тяжело, доставал его из ящика и разглаживал складки, и прижимал к себе, было невозможно. Поэтому он просто кивнул, завороженный лучиком солнца на её лице.
- Жениться, - повторила она задумчиво. Потом заулыбалась, и он сразу понял - так просто не получится. - В моем мире, - заговорила Ын Су, - когда мужчина делает предложение, он прячет кольцо в торт, и его приносят официанты.
- Что?
- Ты должен встать на одно колено и сказать: “Имджа, я тебя люблю, будь, пожалуйста, моей женой”.
Он не очень понял про торт и про официантов - кто же запихивает украшения в еду, так же без зубов можно остаться, но послушно скользнул на одно колено.
- Имджа...
Она ждала, поощрительно кивая. Ощущая себя дрессированной обезьянкой, Чхве Ён помотал головой, вздохнул, ухватил её за талию, притянул к себе, усадил на колено, и стал медленно развязывать веревочки шляпы. Ын Су притихла, растеряв свою нахальную бойкость. Наконец, победив завязку, он выбросил шляпу назад, сдвинул в сторону ткань её светлого платья и какой-то странной жилетки - и положил руку на бьющуюся жилку на её шее.
Делать было нечего.
- Я накупил тебе много красивых платьев, и украшений, и где бы я ни был, я всегда шел на рынок, и думал, что бы ты выбрала. Я... ложился каждую ночь спать и спрашивал “ты здесь”, и совершенно точно знал, что ты делаешь так же, и что однажды мы перестанем спрашивать пустоту, а будем вместе засыпать и просыпаться. Я... я каждую минуту был с тобой.
- Знаю, - ответила она, глотая слезы.
- А сейчас... сейчас нам надо идти, потому что я насчитал как минимум пять голов Ву Даль Чхи вон за этим холмом, и я все еще их генерал, и...
- Да, - сказала она, не шевелясь. - И нам надо к Королю.
Потом встала и удрученно посмотрела на рассыпавшийся обед.
- Ах, - выдохнула, смеясь, - ты снова оставил меня голодной.

0

204

3 часть

Свернутый текст

3
Ын Су как-то враз ослабела, ноги её заплетались, рука, которую Чхве Ён крепко сжимал, норовила выскользнуть. До деревни оставалось совсем близко, но все равно шагать нужно, и Чхве Ён подхватил женщину на руки. Она даже не пыталась сопротивляться, уютно и доверчиво прижалась, прошептала едва слышно:
- Это наверное от счастья... ноги подкашиваются.
Он не стал ничего спрашивать, спереди шли Ву Даль Чхи и позади тоже. У новичков вытягивались шеи, горели глаза, они всё пытались получше разглядеть чудесного доктора, про которого слышали столько всякого разного. Чхве Ён хотел прикрикнуть на них, но испугался, что Ын Су будет слишком громко, поэтому терпел. Новобранцы еще не понимали, когда нужно стереться с лица земли, зато немногочисленные опытные воины гримасы командира поняли правильно, скоординировались, оттерли молодежь назад, и дышать сразу стало легче.
- Где ты остановилась?
- Бросила сумку и посох на постоялом дворе. Это другой постоялый двор.
- Прежний сожгли юаньцы три года назад.
Она больше ничего не спросила, но он и так прекрасно знал о том, о чем она думает. Об этих годах, когда её здесь не было.
Чхве Ён помнил, как вернулся туда - бродил потерянный по комнатам, вспоминая женщину, которая так ловко и бесстрашно зашивала рану на шее Королевы, которая норовила все время улизнуть, и как-то даже улизнула, которая оглядывалась по сторонам с испугом и недоверием, прижимая к себе, как спасительный оберег, смешную сумочку. Женщину, которая сначала пронзила его мечом, а потом лечила, а потом запретила умирать и смешно пыталась командовать раненным капитаном, и что-то говорила про его газы. Женщину, которую он тогда впервые взял на руки, а она так отчаянно сопротивлялась, и вес тела которой вызвал в Чхве Ёне давно забытые чувства. Когда он её впервые увидел, у неё были чем-то ярко накрашены губы, и их движение заворожило Чхве Ёна. Спустя день эти губы были бледны, а в их уголке подсыхала и все время трескалась кровавая корочка, на скуле наливался синяк, но выглядела она еще более решительной, чем прежде.
Его женщина.
Он тогда ничего такого про неё еще не знал, но доспехи привычного равнодушия слегка поддались под натиском любопытства по отношению к этому удивительному существу.
А потом постоялый двор сгорел, и он так горевал, словно потерял старого друга.
- Король стал куда более опытным политиком, чем прежде, - сказал он притихшей Ын Су, - а Королева пока так и не подарила стране наследника.
Она что-то спросила, но получилось почти неслышно, он только ощутил, как шевельнулись её губы, пощекотав ему шею.
- Придворная дама Чхве по-прежнему всем заправляет и даже пыталась меня женить в прошлом году, - ответил он наугад.
- Она любит тебя.
- Она так убивалась после твоего исчезновения, что мне показалось, что это ей нужна невеста, чтобы заменить свою утрату.
Ын Су засмеялась, заерзала, и он испугался, что она попросится на землю, и где он тогда найдет другой повод с обеспокоенным видом занести её в лучшую комнату постоялого двора - генеральскую?
- У нас новый придворный доктор. Слишком слащавый, тебе не понравится.
- Мне обязательно понравится.
Он нахмурился, примерился, аккуратно вместился вместе со своей ношей в проем открытой двери, мгновенно узнал вещи Ын Су - черную сумку, явно небесного происхождения, подцепил её за лямки левой рукой и негромко велел:
- Дэ Ман! Пусть принесут еду в мою комнату!
- Да, генерал, - ответил тот как-то очень близко.
По лестнице Чхве Ён почти взлетел, однако рявкнул, не оборачиваясь:
- Чун Сок! Смени патрули! Почему они у тебя такие жалкие?
Ын Су, свесилась вниз через его плечо и он был почти уверен, что она или подмигивает ободряюще его помощнику, или улыбается, или и то, и другое вместе. В общем, не очень-то и выглядит утомленной дорогой сквозь время.
- У него дряблые мышцы, - добавил Чхве Ён.
- У кого? - удивилась Ын Су, перестав строить рожицы за его спиной.
- У нового придворного доктора...
Если говорить честно, она вполне могла передвигаться самостоятельно, слабость уже прошла, недаром Ын Су так крутилась в его руках, но он предпочитал не придавать этому значения.
Он зашел с ней в комнату, огляделся, заново оценив скудность убранства - а еще час назад было все равно - и сел на кровать.
- Тебе нужно отдохнуть, - сказал он.
- Я не устала, - возразила она, живо оглядываясь по сторонам.
Он не обратил на её слова внимания.
- Переночуем здесь, нет смысла выезжать на ночь глядя...
И умолк, увидев как от быстрого, глубокого вздоха мгновенно пересохли её губы.
- Ты же не пойдешь ночевать куда-нибудь на конюшню? - спросила она подозрительно.
Он так и собирался сделать, потому что одно дело делить одну комнату на двоих с женщиной ради того, чтобы спасти её от смерти, и другое - делить с нею же комнату, когда никакой опасности не предвидится. Конечно, он бы с ума сошел на этой конюшне от тоски, потому что она была совсем рядом, и он бы не мог смотреть на неё и трогать её.
- Нет, не пойду, - ответил Чхве Ён, улыбаясь.
Она смотрела на него во все глаза.
- Я забыла, как ты улыбаешься, - сказала чуть хрипло. - Все время вспоминала тебя израненным, хмурым, обеспокоенным.
Он потянулся, удерживая её на своих коленях, достал листок бумаги с тумбочки у кровати.
- Король нарисовал мне твой портрет, по памяти, но сколько я не смотрел на него, так и не смог найти в нем тебя.
Ын Су некоторое время смотрела на рисунок, потом принялась смеяться.
- Потому что это не я, а Королева! Король, наверное, во всех женщинах видит только её.
Постучали в дверь, и Чхве Ён быстро поднялся, поставил Ын Су на ноги, откинул одеяло с кровати, как-то ловко уложил женщину, накрыл одеялом и сообщил:
- Лежи спокойно!
После чего распахнул дверь.
Жена хозяина постоялого двора лично принесла еду и напитки, за её спиной маячила голова Дэ Мана.
- Доктор неважно себя чувствует, - сказал ему генерал, - я пригляжу за ней.
Дэ Ман понимающе кивал.

0

205

4 часть

Свернутый текст

4
К вечеру начался дождь, уютно барабанил в окна, бил по крышам, и Чхве Ён снова вспомнил тот день, когда ранили Королеву, но как ни старался, так и не восстановил в памяти свои тогдашние мысли и желания. Помнил только обреченную усталость от каждого дня, похожего на предыдущий, и ничем не отличающегося от следующего.
Однажды Ын Су спросила его, как бы он жил, если бы не встретил её. Он тогда ответил, что не представляет уже такой жизни. Наверное, это было правдой. Потому что из памяти проваливались целые годы, похожие на столетия, зато какие-то ничтожные минуты громоздились, подобно камням, способным завалить ущелья.
Сейчас Чхве Ён застыл вне времени и вне всяких чувств, которых было так много, что они грозили разорвать его на куски. Он впал в отстраненно-созерцательное состояние, почти оцепенение, пристально, до рези в глазах, рассматривая Ын Су. Она уже совсем пришла в себя, поела, заплела волосы, порывалась спуститься вниз, чтобы “со всеми познакомиться”, что-то быстро рассказывала и замолкала на полуслове, вдруг порывисто прижимаясь к Чхве Ёну, отталкивалась от него и, смеясь, начинала говорить снова, и там - посреди легкости своего голоса и улыбки - вдруг принималась плакать, и сама этого не замечала, удивлялась, когда он проводил рукой ей по щеке, опускала глаза, замирала.
В коридоре временами возникала какая-то возня, но всякий раз она затихала после того, как раздавались неторопливые, размеренные шаги Чун Сока. Пришла жена хозяина, принесла теплой воды, чтобы небесная гостья могла умыться, и Ын Су сказала:
- Это я буду ухаживать за тобой, - после чего зашла Чхве Ёну за спину, и ему мгновенно стало больно, от того, что он перестал видеть её, а потом он почувствовал, как стягивающая торс кожа доспехов расходится и понял, что его начинает трясти от происходящего.
Как это просто - твоя женщина снимает с тебя доспехи.
И каким недостижимым это казалось еще утром.
Ын Су постояла, прижимая ладони к его спине. Ей тоже нужно было время, чтобы осознать.
Потом она быстро пересекла комнату, присела на карточки возле своего мешка и что-то принялась там искать. Оглянулась через плечо, улыбнулась:
- Не бойся, - и достала свои блестящие инструменты.
Чхве Ён не стал спрашивать, для чего они ей понадобились, ему было все равно, главное, он снова видел Ын Су, и этого было вполне достаточно. Меж тем она принялась деловито намыливать свои ладони и кивнула на стул:
- Сядь сюда.
Чхве Ён повиновался, все еще не задавая вопросов. Она нахмурилась:
- Где твое традиционное “что”?
- Что?
- Хорошо, - она склонилась над ним, и стала водить мыльными ладошками по его щекам. Блеснул, отражаясь в свете единственной лампы, маленький ножик.
- Это другие инструменты, - пояснила она, - я забрала их...
Мысленно он принялся молиться о том, чтобы она не вздумала надевать свои очки, ему очень нравилось разглядывать её лицо, смотреть на то, как она прищуривается, примериваясь, закусывает сосредоточенно нижнюю губу, потом шепчет, и её дыхание падает ему на скулу:
- Да ради бога, я же пластический хирург! Я умею обращаться со скальпелем...
Чхве Ён ничего такого не хотел, его руки скользнули по её бедрам сами, без всякого его на то вмешательства.
- Не двигайся, - велела Ын Су.
А он и не двигался - его лицо оставалось совершенно неподвижным, только руки поднялись еще выше, обхватили её талию. Он дождался того момента, когда она отвела скальпель от его лица, критично разглядывая выбритый участок на его коже, и только потом притянул её к себе, заставляя снова сесть ему на колени.
- Не уходи, - попросил тихо, - так далеко.
Она была такой серьезной, как будто занималась не бритьем, а зашивала умирающего. Только чуть задержала дыхание, когда он начинал сминать в руках легкую ткань, собирая её складками выше колен Ын Су.
- На всех портретах ты с какой-то жуткой бородой, - прошептала она и слегка придвинулась - еще ближе. - Но, думаю, это фантазия живописцев.
Чхве Ён замер, снова вспомнив о том, что она была на его могиле.
Это было больше, чем он мог себе представить.
Дело было не в том, что где-то есть мир, в котором он уже умер - умер и умер, с кем не бывает - а в тех знаниях, которая несла в себе Ын Су, с которыми она жила, и еще в том, что она не потеряла рассудок, укладывая в своей голове столько всего сразу. Сидела у него на коленях, сбривала своими небесными инструментами его щетину, и кажется, была вполне довольна жизнью.
- Я люблю тебя, - сказала она негромко.
- Что?
- То, что ты испытываешь сейчас. Это называется “я люблю тебя”. Вот эти самые чувства.
Она была совсем близко, выбившиеся из хвостика волосы падали на его лицо, превращаясь в мыльные сосульки, он видел её родинки и морщинки под глазами тоже видел, и каждую трещинку на обветрившихся губах, и свое собственное отражение на радужке её глаз. Протянул, не глядя, руку в сторону, взял со стола полотенце, стер мыло с лица. Прижал к себе Ын Су еще сильнее, так близко, что их губы касались друг друга, и только тогда ответил.
- Нет. Это гораздо больше, чем какие-то слова.
И понял, что умрет гораздо раньше, чем успеет совершить кучу подвигов и стать знаменитым на небесах, если вот сейчас не получит Ын Су всю целиком, так же, как это было однажды ночью в доме Ву Даль Чхи.
Давно, когда Чхве Ён был совсем маленьким, отец отвел его к шаману, и тот сказал, что когда-нибудь он познает небесный огонь, но этот огонь не сожжет его дотла, а сделает великим. Всю свою жизнь Чхве Ён считал, что шаман говорил о силе молний, дарованных ему небом, но сейчас понял, что ошибался.
Великим его сделает не сила молний, и не воинские искусства, а вот эта женщина в его руках.
Он провел ладонями по её плечам, скидывая на пол надоевшую жилетку. Потянул Ын Су вверх, заставив её встать, повернул спиной к себе, медленно, очень медленно, развязал пояс, ткань покорно упала к его ногам, и Чхве Ён обнял женщину сзади, прижимая её обнаженной спиной к своей груди, она откинула голову назад, ему на плечо, и он провел губами по её шее, вспоминая этот вкус, пальцы начало покалывать, и он испугался, как бы от перевозбуждения не начать сыпать молниями.
Ын Су повернулась к нему, подставляя губы для поцелуя, прижималась, мешала снять одежду, вся её ловкость куда-то исчезла, она, казалось, боялась отстраниться хотя бы на немного, и эта её беспомощность еще больше кружила голову. Медленная истома исчезла, уступая место пульсирующему желанию, Чхве Ён уже не просто торопился, а очень торопился, балансируя на самой грани самообладания. Все умениями, которыми обладало его натренированное тело, здесь были совершенно бессильны, и нежность захлестывала его с головой, и он только иногда вспоминал, что надо же еще и дышать иногда.
Они не нашли кровать, кровать была где-то очень далеко, не добраться, и пристроились прямо на полу, его прохлада немного остудила Чхве Ёна, в плечо все время упиралась ножка стола, а он постоянно боялся, что Ын Су будет неудобно, подставлял ладони под её колени, чтобы они не соприкасались с деревянными половицами, она же без устали гладила его грудь и плечи, склоняясь для поцелуя, и снова выпрямляя спину, откидывала голову назад, предоставляя себя его взору.
Погода разошлась вовсю, гремела беспощадным ливнем по крыше, ветер сотрясал здание, и Чхве Ёну казалось, что они с Ын Су находятся в самом центре этого внезапного урагана.
Много позже, когда кровать нашлась, погода присмирела, а Ын Су крепко спала, переплетясь с Чхве Ёном руками и ногами, а её волосы щекотали его шею, он все еще продолжал держать женщину за руку, боясь уснуть хотя бы на долю мгновения. Страшно было не само забытье, а пробуждение, у него было около полутора тысяч таких пробуждений, когда сердце останавливалось от того, что он снова один.
Чхве Ён убеждал себя, что в этот раз все не так, что он еще много-много лет не будет просыпаться в одиночестве, но на всякий случай решил пока погодить со сном, чтобы быть уверенным наверняка.

0

206

5 часть

Свернутый текст

5
Сонные Ву Даль Чхи вытягивались в струнку, становились выше и выше, выслушивая его распоряжения. Самым новичкам еще не хватало выдержки, и они откровенно хлопали глазами, глядя на своего невозмутимого генерала, который вместо того, чтобы сидеть в одиночестве под деревом, развел с восходом солнца такую кипучую деятельность.
Ын Су сладко спала, когда он тихонько оделся и вышел из комнаты. Бурная энергия вихрем клубилась в нем, и лежать больше не было никакой возможности. И все то время, пока он разминал поющие мышцы, обливался холодной водой, пугал собственных патрульных, чтобы не зевали на посту, придумывал вместе с женой хозяина завтрак для небесного доктора, рассматривал с Чун Соком отобранные у юаньцев письма, перестраивал привычную для его войск стратегию наступления, убеждал Дэ Мана, давал подзатыльники Дэ Ману и трепал по голове Дэ Мана, все это время Чхве Ён старательно хмурил брови и без дела крутил в руках меч, напоминая о его остроте, но все равно все вокруг бессмысленно улыбались, как будто он пел походные песенки и танцевал Чхоёнму.
Не было ни малейшего смысла тащить всех воинов обратно в столицу, потому что впереди намечалось масштабное наступление, и все остальные части тоже подтягивались сюда, поэтому он методично сыпал указаниями, повторял то, что его помощник знал без него, а в конце концов отправился лично тренировать новобранцев, потому что не придумал, чем еще себя занять, пока его женщина так беззастенчиво спит, и как перестать без конца заглядывать в комнату, чтобы убедиться в этом.
Когда он вернулся, утро уже было в разгаре, и пора было отправляться в дорогу, и Чхве Ён твердо был намерен разбудить Ын Су, но уже на подходе к постоялому двору услышал её голос и зашагал быстрее, одергивая себя, чтобы не побежать, а потом замер в сторонке, наблюдая за происходящим на улице.
Она знакомилась с Ву Даль Чхи. С каждым из них. Подходила, говорила свое имя, после чего принималась трясти их руки вверх-вниз, а со старым знакомыми проделывала эту штуку, которую называла “дай пять”.
Бедняги краснели, смущались, пихали друг друга локтями и переглядывались, а хозяин постоялого двора откровенно ухмылялся в усы и наслаждался этим невиданным зрелищем. Сбежались жители деревни, и становилось понятно, что скоро весть о том, что доктор с небес вернулась, облетит все Корё и несколько стран еще.
Деревенские дети уже с энтузиазмом копировали жесты Ын Су, слышались шлепки ладошек друг о друга, а на головах нескольких женщин желтели венки из цветов.
- Генерал!
Он прошел мимо любопытных местных жителей, смущенных воинов, взъерошенных детей и остановился в шаге от разом притихшей Ын Су. Она подумала и уважительно поклонилась ему, опуская долу смеющиеся глаза. Он поклонился в ответ и сказал:
- Ты поела?
- Да, генерал.
- Тогда нам пора.
Дэ Ман уже вел лошадей, а Ын Су вдруг сорвалась с места и побежала к немолодой женщине, которая вертела в руках широкополую шляпу.
- Тетушка, настой нужно пить натощак, я вам потом еще травяной сбор пришлю!
Покидали деревню еще час, и Чхве Ён уже начинал подумывать о том, что проще перекинуть её через седло и увести, чем дождаться, пока она со всеми попрощается.
Это было непонятное ему умение Ын Су - куда бы её не заносила судьба, женщина сразу принимала такой вид, как будто она здесь родилась, выросла и собирается состариться.
Когда деревня осталась позади, Чхве Ён остановил лошадей, которых вел под уздцы и сказал:
- Я помогу тебе сесть.
Она доверчиво положила руки ему на плечи, оглянулась по сторонам и быстро поцеловала в подбородок.
Если бы не поцеловала - он бы не решился.
- Я сяду позади тебя.
Ын Су, довольно уверенно придерживающая поводья, оглянулась.
- Но ведь лошадь устанет везти нас двоих.
- Устанет - сменим, - улыбнулся он, привязывая поводья оставшейся без дела кобылы к рожку седла.
Ын Су склонилась ниже, пряча лицо за гривой, но Чхве Ён и так знал, что она улыбается.
Вскочил в седло, обнял её за талию, прижимая к своей груди, и только потом понял, какую ошибку он совершил.
Очень трудно сосредоточиться на дороге, когда к тебе так плотно прижимается эта женщина.
- Ты совсем не спал? - спросила она, накрывая его руку своими ладонями.
- Совсем.
- А я впервые выспалась за много месяцев. Без кошмаров.

В Гэ Кён въехали, когда уже сгущались поздние летние сумерки. На разных лошадях, в неброских плащах с накинутыми капюшонами. Не то чтобы Чхве Ён чего-то опасался - в кои-то веки внутри страны царил относительный порядок, скорее не хотел раньше времени встречаться с Су Ли Бан. Пусть проведут еще одну спокойную ночь, не зная о том, что совсем скоро он оставит им на попечение небесного доктора. В целом, они не плохие люди.
Вымуштрованная дворцовая стража пропустила генерала и его спутницу без ненужных расспросов.
Король, как и ожидалось, был в саду. Последние годы они с женой неукоснительно придерживались наставлений небесного доктора совершать после ужина “вечерний моцион для пользы пищеварительного тракта”. Оставив Ын Су в тени деревьев, Чхве Ён зашагал по направлению к венценосной семье.
- Генерал, - удивилась Королева, первой узнавшая его.
Придворная дама Чхве явно насторожилась, узрев своего племянника, которого по всем раскладам в столице никак не должно быть. И сразу заподозрила неладное - на всякий случай.
Чхве Ён молча опустился на одно колено перед Королем, поклонился, выдерживая паузу.
Выдерживать паузу повелитель тоже научился, поэтому просто ждал, когда генерал заговорит.
- Я приехал, чтобы просить вашего разрешения на женитьбу, Ваше Высочество.
- На что? - искренне поразился Король, на миг забыв о том, что он опытный политик и интриган.
Прежде, чем Чхве Ён успел ответить, прежде, чем Королева успела встать с легкого плетенного кресла, прежде, чем Ын Су вышла на свет, придворная дама Чхве, стоящая совсем рядом, наклонилась и отвесила единственному родичу довольно ощутимую затрещину. После чего выпрямилась и продолжила изображать из себя статую.
- Негодник, нельзя жениться, потеряв надежду, - прошипела она, даже не шевельнув губами.
Её лицо было так сурово, что сложно было поверить, что не так давно она подбирала ему невесту, убеждая в том, что жизнь скоротечна, а одиночество - плохой спутник. Правильно он тогда сделал, что не поверил в серьезность её намерений. Попробовал бы он в самом деле жениться - мало бы не показалось.
- Это очень неожиданно, - пробормотал Король.
Зато Королева уже была на ногах, она оглядывалась по сторонам, на её лице расцветала улыбка, и Чхве Ён залюбовался ею. Юаньская принцесса, отдавшая свое сердце Корё, раньше остальных всё поняла.
- Где она? - воскликнула Её Высочество. - Как это может быть?
Глядя на неё, он вспомнил тот день, когда она пришла за ним к закрывшимся Небесным Вратам, и взяла его за руку, чтобы увести оттуда - опустошенного, оглушенного, неверящего. Вспомнил, как уткнулся без сил в её колени, а она гладила его по волосам и утешала, как ребенка, говорила о том, что он должен продолжать надеяться, ради Ын Су, которая обязательно найдет дорогу назад. Королева говорила, что она никогда бы не покинула его по собственной воле, а значит, однажды вернется. И ему становилось легче от того, что все эти годы небесного доктора они ждали вместе.
Чхве Ён встал на ноги, оглянулся, Ын Су уже спешила к ним, от стремительности её движений капюшон слетел, волосы развевались, после длительной скачки они были взлохмачены, глаза сияли.
Она подошла близко, остановилась, быстро дыша, попыталась поклониться, но Королева снова всех удивила. Она просто обняла Ын Су, смеясь и плача одновременно.
Чхве Ён мог поклясться, что видел, как блеснула крупная капля в глазах придворной дамы Чхве и тут же испарилась, испугавшись собственной дерзости. Тетушка поджала губы и осталась недвижимой.
Зато Король вскинул кверху кулак.
- Говоря небесным языком, - проговорил он тихо, - йес!
- Через несколько дней, - сказал Чхве Ён, очень тщательно контролируя выражение своего лица, - мне нужно будет вернуться к реке Ялу. Во время моего отсутствия мне бы хотелось, чтобы придворная дама Чхве начала подготовку к свадьбе...
- У меня все готово, - сказала Королева быстро, наконец, оторвавшись от Ын Су. - Я уже давно все придумала.
И тогда придворная дама Чхве позволила себе одобрительно склонить голову.

0

207

6 часть

Свернутый текст

6
- Ты уезжаешь?
Ын Су стремительно обернулась, и Чхве Ён подумал, что тетушку сейчас точно хватит удар от того, что доктор повернулась спиной к Королю.
- Потом, - ответил он одними губами.
Умница, она больше не задала ни единого вопроса, была улыбчива и весела, отвечала на расспросы королевской семьи и приветливо знакомилась с буддистским монахом, которого Король привечал в последнее время.
Синдон был юрким неприметным человечком, его мать была рабыней, а отец - знатным чиновником, из-за своего происхождения он не имел права быть монахом, и Чхве Ён нашел его далеко в горах, где он много лет провел отшельником. Су Ли Бан навели, сказали - умнейший человек, и не обманули.
Благодаря милости Короля Синдон не только получил официальный статус ученого и монаха, но и пользовался уважением как чиновников, так и военных, и Чхве Ёну импонировали его взгляды.
Ын Су, кажется, заинтересовала беседа с Синдоном, который почему-то толковал о преимуществах конфуцианства, и только едва намеченная тень в уголках её губ подсказывала генералу, что она расстроена этой встречей.
Когда их, наконец, отпустили, Ын Су потащила Чхве Ёна в госпиталь, и Док уронила ступку, которой толкла остро пахнущие растения, и о чем-то долго говорила, но доктор Чжан умер, и понять смысл быстрого мельтешения этих рук было невозможно. Однако, невероятная женщина с небес что-то, по видимому, поняла, потому что перехватила эти руки, крепко их пожала, и сказала с чувством:
- Я тоже очень рада, Док! - после чего снова полезла обниматься.
Наверное, в этом дворце в жизни так часто не обнимались, как сегодня.
Пришел новый доктор - Санг Хун - в невероятных лазоревых одеждах, благоухающий магнолиями, c набеленным, как у женщины лицом. Чхве Ён даже опасался, что Ын Су и к нему броситься в объятия, но она только долго трясла ему руку, а он в ответ подарил ей ценнейшую вещь - трехтомное сочинение “Способы быстрой помощи местными лекарствами”, за которые многие доктора, не моргнув глазом, переубивали бы с десяток-другой людей.
У Ын Су так загорелись глаза, и она так крепко прижимала к себе тяжелые тома, что могла, кажется и не заметить его, Чхве Ёна, отъезда.
Пользуясь занятостью Ын Су - а она всё что-то расспрашивала у Санг Хуна, теребила пола безрукавки Док, заглядывала в мисочки и нюхала висящие под потолками пучки трав - Чхве Ён покинул её ненадолго, для того, чтобы найти Синдона и поговорить, наконец о свадьбе - нужно было, чтобы монах не только выбрал благоприятный день, но и сам провел церемонию.
На обратной дороге его перехватила Придворная дама Чхве.
- На тебя смотреть больно, - сказала она, взяв его за руку. Это было странно, тетушка, как правило, прикасалась к племяннику, только чтобы наградить его подзатыльником. - Кажется, глаза заслезятся от света.
Нужно было что-то делать со своим лицом, но он и так, кажется, уже хмурился без остановки, но это нисколько не помогало.
Он заглянул в Дом Ву Даль Чи, помылся и переоделся, собрал тюк с нарядами для Ын Су и пошел снова в госпиталь.
Если надо будет, он отцепит её от Санг Хуна силой.
Но она уже сама отцепилась, сидела за столом в своей комнате, увлеченно читая “Способы быстрой помощи”, что-то помечала на чистых листах бумаги своими непонятными иероглифами. Влажные волосы блестели, губы шевелились, брови сосредоточенно хмурились.
- По поводу моего отъезда...
Это было гораздо тяжелее, чем он предполагал. Не успели они встретиться, как снова были вынуждены расставаться. Он сможет ей все объяснить, и она поймет. Только нужные слова, как назло, с топотом убежали прочь.
Ын Су подняла глаза от книги и улыбнулась.
- Генерал, - сказала она легко, - не думаешь же ты, что стал известным на небесах благодаря тому, что постоянно был при моей юбке. Ох, мне нужен переводчик, - сокрушенно добавила доктор, кивая на книгу. - Это очень сложно разобрать.
- Я принес тебе одежду.
- Правда?
И она с детским любопытством принялась разглядывать ткани, накидывать на себя. Это было даже обидно. Могла бы хотя бы сделать вид, что опечалена.
- Ты знаешь, как умрет Синдон, да? - спросил он, вспомнив тени на её лице.
Ын Су кивнула и положила одежду на скамейку. Подошла, прислонилась лбом к его плечу, и все глупые обиды куда-то испарились, и даже стыдно стало за такую свою мелочность.
Все она понимает, и все она принимает, потому что сильная и умная. А он дурак дураком, как обычно.
- Мне нельзя вмешиваться во все это, - сказала Ын Су, - я буду только лечить людей, и больше ничего.
Он обнял её, поцеловал в макушку.
Легко сказать - ни во что не вмешиваться. С её-то характером.

Несколько дней перед отъездом мелькнули пестрыми картинками. Свадьба была назначена только через два с половиной месяца - в день праздника осени, и напрасно Чхве Ён махал мечом перед носом монаха Синдона - служитель храма был непреклонен, он ссылался одновременно на волю Будды и придворного астронома Кан Бо. И если Кан Бо еще можно было попытаться переубедить, то против Будды Чхве Ён был бессилен.
Король восстановил Ын Су в должности главного доктора, что приравнивало её к чиновнику 4 ранга, и Королева осталась недовольна, что так низко, а Ын Су, кажется, было все равно. Она была какой-то особенно спокойной и мягкой в эти дни, и только в самую последнюю ночь, когда уже пора было уезжать, она прошептала в губы Чхве Ёну:
- Все будет хорошо, езжай спокойно.
- Су Ли Бан за тобой присмотрят, но ты все равно не особо разгуливай по городу. И по саду - без охраны. И вообще, лучше всего не покидать Дворца.
Она смеялась и тянула его за волосы, и он улыбался в ответ, но все равно было беспокойно.
К западу от реки Ялу его уже ждали его войска, и поход обещал быть нелегким, и нужно было все еще раз проговорить с капитанами, и пересмотреть воинов, и объяснить им, что юаньские отряды - те же люди, и умирают легко, а он всю дорогу думал только о том, как бы сделать так, чтобы скорее вернуться.
Но скорее все равно не получилось, лили дожди, обе армии увязали в грязи, река разошлась в берегах, и все это затягивалось и затягивалось, и генералу начиналось казаться, что никогда не закончиться этот дождь, и еще, что он опоздает на собственную свадьбу.
Дороги развезло, и настал такой день, когда перестали приходить даже письма. Армия Чхве Ёна окончательно утратила связь со столицей, затерявшись под серым небом. Их походного монаха убили, и провожать умерших приходилось самому генералу, те же, кому еще удавалось остаться в живых, страшно устали, постоянно мерзли и голодали, и уже начинали подумывать, не отступить ли до лучших времен, когда юаньцы, наконец, дрогнули.
Даже после победы нужно было расставить посты, разместить войска, и много чего еще нужно было, так что Чхве Ён смог вырваться только спустя еще неделю. Малым отрядом они выдвинулись к Сон Ин Чхон, и оставшиеся на новой границе воины с тоской смотрели им вслед. Всем хотелось погулять на свадьбе у генерала. Если невеста еще не передумала, конечно.

0

208

7 часть

Свернутый текст

7
Они гнали, как сумасшедшие, и когда казалось, что сил не осталось ни у коней, ни у людей, Чхве Ён был готов тащить их всех на себе - и лошадей, и людей, и высушить эту скользкую грязь под копытами, и свернуть полотнище дороги вдвое, и втрое, и заставить солнце не заходить, чтобы темнота не сбивала с пути.
Но ничего подобного он сделать, конечно, не мог.
Пугало то, что из столицы не было ни писем, ни новостей. В деревнях, встречающихся на дорогах, про Небесного Доктора и слыхом не слыхивали. Могла ли Ын Су за полтора месяца ни разу не выйти в город, не сходить на рынок, не создать чудо мазь, не вылечить очередного умирающего?
Десяток бойцов, сопровождавших своего генерала, перестали не то чтобы шутить между собой, а даже разговаривать, и эта тишина за спиной раздражала Чхве Ёна, но он не мог заставить себя заговорить первым.
С чего он решил, что после того, как Ги Чхоль сгинет, а Ток Хын перестанет травить Ын Су по всякому удобному поводу и без, её жизнь станет проще? Почему он решил, что сможет одновременно защищать и свою женщину, и свою страну?
Это были плохие мысли, мысли, которые очень не понравились бы небесному доктору. Это были мысли слабого человека, который все еще не уверен, что принял лучшее решение. Это были предательские мысли, потому что Ын Су в правильности того, что между ними происходило, не сомневалась. А между тем, она точно так же сходила с ума от беспокойства, не получая от него вестей, гадая, все еще он жив или уже нет. И то, что она побывала на его могиле и точно знала, когда и какой смертью Чхве Ён умрет, не делало её ожидание проще. Только она не сомневалась. Никогда не сомневалась.
Он не хотел даже мысленно жалеть о чем-либо.
Поэтому гнал лошадей и гнал от себя привычное чувство вины, и гнал дурное предчувствие, которое кружило над головой, как кружат птицы над полем брани, жадно выглядывая свою добычу.
Что еще за предчувствия, он же не шаман, в самом деле.
Но когда на самых подступах к Гэ Кёну из кустов вдруг вылетела тонкая фигурка и побежала к нему навстречу так быстро, что лук за спиной не успевал за ней, почти лежал в воздухе, Чхве Ён понял, что опоздал.
Не стали бы Су Ли Бан поджидать его за городом, если бы все обошлось.
Не обошлось.
Он спешился, так резко натянув поводья, что конь едва не встал на дыбы.
- Её нет во дворце, - сказал юноша-стрелок и отскочил в сторону, на случай, если генерал надумает драться.
Драться с мальчишкой было совершенно незачем.
- Где она?
Стоит только отвернуться, и король мигом отдает Ын Су кому попало. Этой стране никогда не везло с королями.
- Небесный доктор в Согкадхаб.
- Где?!
Но он не ждал никакого ответа на этот вопрос, все было понятно и так.
Много лет назад в Согкадхаб переехала овдовевшая Королева-мать, породившая этого мальчишку, который сейчас занимал трон. Чхве Ён смутно помнил эту женщину - в те времена он был еще ребенком, но даже его властный, сильный отец опасался её коварства и злобного характера. Она уже давно не вмешивалась в дела страны, но бдительно следила за происходящим - Чхве Ён лично несколько раз допрашивал засланных ею шпионов. После прихода сына к власти, Королева-мать отказалась возвращаться в столицу, сославшись на слабость здоровья. Жизнь Короля Кон-Мина и его близких тогда не стоила и горстки риса, и её желание оставаться подальше от Дворца было вполне понятным.
Что же, теперь, видимо, она передумала и начала какую-то свою игру. И первой разменной фигурой в этой игре снова стала Ын Су.
- Рассказывай, - приказал Чхве Ён.
- Пришло сообщение из Согкадхаб о том, что Королева-мать очень плохо себя чувствует, и врачи всерьез опасаются за её жизнь. Она просила сына прислать ей Небесного Доктора, как последнюю надежду. Король не мог отказать.
А поехать с Ын Су он тоже не мог?
Сейчас не время было рассуждать о сыновьем долге.
- Есть еще что-то, что ты должен сказать?
- Придворная дама Чхве просила передать, что Синдон поехал вместе с небесным доктором. Он поклялся в храме Будды оберегать её ценой собственной жизни.
Буддийский монах Синдон, сын рабыни. Умнейший человек, умеющий убивать противников голыми руками - когда-то он дал обет не прикасаться к оружию, что не делало его менее смертоносным в бою.
Дышать стало немного легче.
- Чун Сок! Ты оправишься во дворец, доложишь Королю об обстановке с Юанем.
- Но генерал...
- Скажи, что я поехал за невестой. Дэ Ман! Поедешь со мной!
- Да.
- Но генерал, вам лучше лично поговорить с Его Высочеством...
Не прибить бы - если лично. Запросто.
Куда только смотрела Королева.
Это были всего лишь эмоции. Отказать в подобной просьбе умирающей матери никто бы не смог, король ты или рыбак.
Согкадхаб был далеко на севере, в горах. Вполне вероятно, что лошадей придется бросить на Дэ Мана и подниматься вверх пешком. Сколько времени займет эта дорога?
Ехал на свадьбу, а приехал в никуда.
Бывает.

Они вышли из серости позднего вечера очень неожиданно - Чхве Ён не услышал их шагов и не ощутил их запаха. Пятеро монахов в одинаковых одеждах, с непокрытыми головами. Их руки тонули в длине рукавов, и вполне возможно, что служители Будды были вооружены до зубов.
А, может быть, подобно Синдону, предпочитали ломать позвонки без всякой стали.
- Кто ты и чего ищешь в нашем храме?
- Я бы хотел поговорить с Её Величеством.
Они переглянулись, вдруг став похожими на любопытных Ву Даль Чхи.
- Ты генерал? - спросил один из них, самый младший.
- Да.
- Мы ждали тебя. Но меч придется отдать. В наш дом нельзя с оружием.
Он не стал им объяснять, что Будда не был так критичен к своим гостям.
Ворота монахи открывали втроем - настолько они были тяжелы.
Каменная пагода Согкадхаб прижималась к храму Пагаджа, почти упавшая на землю ночь ласкала высокие шпили и покатые крыши. Украшенные цветами лотоса стены теснились друг к другу - здесь, на вершине горы, места было не так чтобы разгуляться.
- Её Величество отдыхает. Примет тебя завтра, - сообщил все тот же молодой монашек.
- Могу я увидеть Небесного Доктора?
Монашек насупился.
- Молятся они.
Это было что-то новенькое.
- Могу я тоже помолиться?
- Помолись, - обрадовался монашек, - прям здесь и помолись. Будда услышит тебя отовсюду - он милостив к великим воинам.
Молиться как-то сразу расхотелось.
- Я все равно увижу Небесного Доктора, разрешите вы или нет, - честно предупредил Чхве Ён.
- Она говорила, что у тебя тяжелый характер, - затосковал монашек. - Но ты же не будешь затевать драку в святом месте?
- Обязательно буду.
По крайней мере, Ын Су была в относительном порядке - раз угрожала всем генералом.
Плохо было то, что от хорошей жизни она до подобного не скатывалась.
- Ну что ж, попробуй, - подумав, решил монашек. - Нам они все равно не открывают.
Пока шли по узким коридорам храма, выяснилось, что Ын Су и Синдон забаррикадировались в зале для молебен, отказываются выходить оттуда сами и никого не впускают к себе. Третий день уже там сидят, доедая съестные запасы настоятеля монастыря, которые тот приберег на случай осады и постов.
- Небесный Доктор назвала это забастовкой, - добавил монашек печально.
- Чем это вы её так допекли?
- Женщины! - глубокомысленно изрек юноша и остановился перед очередным поворотом. - Дальше я не пойду, - сказал он, - а то в прошлый раз мне досталось подсвечником по лбу.
Чхве Ён пересек небольшой отрезок коридора в одиночестве. Приблизился к двери, постоял, слушая.
- Король! - послышался голос Синдона. Должно быть, он тоже считал Кон-Мина плохим сыном и другом.
- Туз, - ответила ему Ын Су довольно азартно.
Это было странно. Чхве Ён постучал.
- Занято, - крикнула Ын Су.
- У нас еще пиалы для масла остались, - прогундел Синдон, - кому там не хватило?
Послышался какой-то грохот, и в маленьком окне под самым потолком мелькнуло лицо буддистского монаха.
- О, - только и сказал он, увидев Чхве Ёна. Лицо исчезло, а грохот усилился. Наконец, дверь осторожно приоткрылась, из узкой щели высунулась огромная лапа Синдона, ухватила Чхве Ёна за пояс и втянула внутрь. После чего монах стал снова заваливать вход всякими скамейками. Чхве Ён уже не обращал на него внимания.
Ын Су стояла в проходе, у её ног на полу лежали маленькие листочки бумаги, она похудела, но казалась вполне здоровой.
- Ты пришел, - просто сказала она.
Пока Чхве Ён размышлял, можно ли её обнять, если за спиной пыхтит Синдон, Ын Су уже преодолела разделявшее их расстояние и плотно прижалась к генералу.
- Что здесь случилось? - спросил её Чхве Ён и тихонечко поцеловал в ушко.
- Это старая карга, - завелась Ын Су сразу.
- Королева-мать, - перевел Синдон.
- Она не разрешает мне сделать операцию!
- Операция - это когда живого человека ножиком режут, - пояснил Синдон.
Ын Су раздражено тряхнула головой.
- А если ей желчный пузырь нужно удалять! А они говорят - травами лечи! Иголками опять же!
- Выпороть обещали, - наябедничал Синдон. - Но мы не дались.
- Ооох, бесит, - Ын Су схватилась за волосы, прошлась туда-сюда. - Надо было сказать, что я экзамен в университете по брюшной полости с пятой попытки сдала!
- Она всегда так разговаривает, - вздохнул Синдон. - Слово на нормальном языке, десять на небесном. Я тебе так рад, генерал!
- Прости меня, - сказал Чхве Ён. Она остановилась и посмотрела на него сердито.
- Ну при чем тут ты, когда у этой карги...
- Королевы-матери.
- Камни в желчном пузыре! Поэтому и боли страшные! И разлитие желчи бывает. А она говорит - лечи травами! А я откуда знаю, какими!
- Спасибо, что присмотрел за ней, - сказал Чхве Ён Синдону. Тот добродушно махнул рукой:
- Дальше сами! Я пошел к Будде - высплюсь.
- Куда?!
Ын Су засмеялась.
- Видишь ту большую статую? У него в животе дверка. Там запасы всякие... кладовка! О, ты голодный?
Чхве Ён помотал головой, не сильно понимая, о чем она говорит. Взял её за руки, пытаясь осознать, что она рядом, живая и здоровая.
- Каргу надо в королевский госпиталь вести, - озабоченно продолжала Ын Су, - там Санг Хун!
- У него глаза голубые! - возмутился генерал. - Явно мать согрешила с кем-то из водяных духов.
- В Небесном мире...
Но он не стал слушать, что там в небесном мире. Обхватил тонкое лицо руками, стал целовать в губы, которые еще что-то пытались сказать. Она провела руками по его спине, вдруг всполошилась:
- Как твоя война? Ты не был ранен?
- Я в порядке.
- Я тоже, - ответила она, улыбаясь. - Перепугался?
- Да.
- Не обижайся на Короля, что ему было делать!
- На Королей не обижаются, им служат.
Ын Су потянула его вниз, где возле стены было расстелено одеяло. Усадила на него, сама уютно пристроилась на груди, повозилась немного.
- Как хорошо, - пробормотала устало. - А то я уже нервничать начала...
Он там с ума сходил, а она еще думала - начинать ли ей нервничать или подождать немного. Чхве Ён улыбнулся, легко прикасаясь губами к её волосам.
- Отдохни, - сказал он, - завтра будет сложный день.
- Легкий, - зевнула Ын Су, - ты же будешь рядом.

0

209

8 часть

Свернутый текст

8
Ын Су как-то сразу взяла и поставила его в тупик.
- Ну, рассказывай, давай, - потребовала она.
Чхве Ён понятия не имел, о чем ей рассказывать - все дни были слиты в единую кровавую кашу, и ничего, кроме ощущения беспокойства и мрачной сосредоточенности он не мог припомнить. Ну, не говорить же о том, как Ким Чок в одиночку остановил сразу с десяток юаньцев и умер от ран, а у него только недавно сын родился.
- Все нормально, - сказал он неловко, вдруг осознав, что от него пахнет потом и лошадьми, а надоевшие доспехи, кажется, уже намертво прилипли к позвонку. Надо было хоть ручей какой-нибудь найти, прежде, чем являться сюда. Но до ручьев ли было!
Ын Су, далекая от его терзаний, грызла какой-то сухарь и блестела глазами. Из брюха Будды раздавался могучий храп монаха Синдона, который бывает только у людей с чистой совестью.
До утра было еще очень долго - невероятно долго, и нужно было помнить о том, что не надо бы приближаться к ней очень близко, и не целовать, ни за что не целовать, потому что потом нужно как-то будет останавливаться, а он не сможет, точно не сможет.
- Бу, - вдруг сказала Ын Су, - почему ты такой сердитый?
- Я устал, - ответил он, ощущая себя идиотом и деревянным истуканом, вроде тех, на которых его бойцы отрабатывали удары, и отвернулся.

Время превратило лицо Королевы-матери в неподвижную маску, вроде тех, которыми украшали стены. Черные, без намека на седину, волосы были безжалостно затянуты в узел, слишком крупные руки выдавали не слишком высокое происхождение - среди высокопоставленных предков явно затесался кто-то попроще. О болезни говорили только желтизна кожи и мешки под живыми, цепкими глазами.
- Генерал Чхве Ён, - произнесла Её Величество торжественно, - тот самый.
Она поднялась со своего высокого сидения и обошла его, коленопреклоненного.
- Встань, - велела строго.
Он поднялся и оказался почти лицом к лицо с Королевой-матерью: женщина была на удивление высокой.
- Значит, ты тот самый мальчишка, благодаря которому мой оболтус все еще правит этой страной?
- Король Кон Мин, без всякого сомнения, достойный правитель.
- Эта наглая девица - твоя невеста?
- Небесный Доктор скоро станет моей женой.
- Без всякого сомнения, - пробормотала старуха, все еще разглядывая его - с явным удовольствием. - Где этот безбожник?
- Я здесь, - отозвался Синдон. Из-за его плеча выглядывала Ын Су, и это почему-то царапнуло Чхве Ёна - слишком он привык, что она вот так вот прячется за его спиной.
- Подай мне воды, - велела монаху Королева-мать, возвращаясь к своему креслу. Она долго пила, а потом так же долго и тяжело пыталась отдышаться, словно это простое действие забрало у неё много сил.
- Генерал Чхве Ён, ради чего вы прибыли в Согкадхаб?
Прежде чем ответить, он мысленно попросил прощения у Короля, и дважды у Королевы.
- Сопроводить вас в Гэ Кён, Ваше Величество, - произнес достаточно твердо. У Синдона округлились глаза, а Ын Су одобрительно закивала. - Небесный Доктор сообщила, что только в Королевском госпитале ваше здоровье может пойти на поправку. Кроме того, - он сглотнул, - его высочество Король Кон Мин считает, что ваша разлука крайне затянулась.
Королева-мать засмеялась, неожиданно громко и заливисто, словно ей было двадцать лет.
- Что же, - сказала она весело, - генерал, монах и доктор - достойная моего возвращения свита?

Собрались так быстро, что у Чхве Ёна появилось подозрение, что тюки давно были перевязаны, и только и ждали своего часа.

Он едва успел послать Дэ Мана, стерегущего лошадей, в столицу - предупредить королевскую чету о неожиданной радости, как попал в плен к старухе. Всю дорогу она не отпускала его от себя ни на минуту, расспрашивая о жизни во дворце, а Ын Су и Синдон, чье путешествие не было омрачено столь пристальным к ним вниманием, беззаботно ехали впереди, и ветер иногда доносил их голоса. Чхве Ёну оставалось только скрипеть зубами, быть вежливым с Королевой-матерью и кидать грозные взгляды на свою женщину, которая изредка с сочувствием оглядывалась в его сторону.
Очень изредка.

Настроения во дворце очень убедительно передала придворная дама Чхве, наградив племянника таким подзатыльником, что у него в голове зазвенело.

Ын Су в этой суете мгновенно потерялась, и он отправился в казармы - скинуть доспехи, пот, грязь, усталость, пока Король не вызвал его к себе. В том, что этот вызов не заставит себя ждать, сомневаться не приходилось.
Много позже, после затянувшейся аудиенции, больше похожей на утешения маленького мальчика, которому навязали ни с того ни с сего строгую няньку, после того, как он выслушал доклад Ву Даль Чи, после того, как он попытался сунуться в госпиталь, но Придворная дама Чхве, все еще сердитая, выставила его вон - как она могла быть в ста местах одновременно? Много позже он вернулся в свою комнату в состоянии, очень похожем на то, которое бывает сразу после боя - кровь еще кипит, а сил ни на что уже нет.
Швырнул меч, не глядя, на стол, подошел к узкому оконцу, вглядываясь в светлеющее небо.
На душе было муторно и неприятно, как бывает, когда все идет неправильно.
А что еще ему оставалось? Не оставлять же их в горах - Королеву-мать и Ын Су? Даже Король с его доводами согласился.
Она всего лишь больная, старая женщина. Вряд ли от неё будут лишние хлопоты.
Чхве Ён помотал головой, прогоняя неясные тревоги, развернулся и стал раздеваться. И замер, разглядывая в тусклом свете спящую на его кровати женщину.
Он боялся пошевелиться, чтобы не разбудить её, и в то же время очень хотел, чтобы она проснулась. В конце концов, уже светает, и скоро будет новый день, и между ними будут придворные дамы, доктора, монахи, воины, короли и королевы. А сейчас - всего несколько шагов, доли мгновений, и безмятежный сон, который невозможно нарушить.
Наверное, он бы так и простоял, не двигаясь, до утра, если бы Ын Су, словно ощутив его безмолвную мольбу, не открыла глаза.
Поморгала сонно, увидела его, улыбнулась - светло, открыто. Прошептала хрипловатым, как всегда у неё спросонья, голосом:
- Ты пришел? Я ждала тебя... Сбежала из окошка, представляешь?
Он не представлял. Она так устала в пути, она так редко на него оглядывалась, что он снова начал терзаться сомнениями - да зачем он ей вообще такой сдался - вечно занятой, вечно угрюмый? Но это было уже неважно.
Чхве Ён подошел и опустился на колени возле кровати. Запустил руки в её волосы, принялся целовать лицо, легко касаясь губами.
- Знаешь, - сказала она, обнимая его, - теперь вся моя жизнь: ждать тебя. Это такое счастье.
Он прилег рядом, баюкая её в своих руках. До утра еще было полно времени, и они все успеют. Сейчас же было так важно просто ощутить её - рядом.
Так бывает, когда вода прорывает каменные обвалы, и в иссушенные русла обрушиваются потоки, несущие жизнь.

0

210

9 часть

Свернутый текст

9
Он хотел уйти тихо, пока она спит, но Ын Су встрепенулась, села на кровати - взлохмаченная и бодрая, как будто спала часов шесть, не меньше.
- Прежде чем уйти, - сказала она наставительно, - ты должен меня поцеловать.
Он вернулся, уже от порога, целовал долго и с удовольствием, всерьез подумывая о том, не подать ли вообще в отставку, а то как-то очень много времени занимали все эти короли и их дела.
- Влюбленные пары, - продолжала Ын Су, когда смогла говорить, - целуются при расставании и при встрече, и просто, когда им хочется.
- У вас на небесах этому специально учат?
- Учат-учат, сто тысяч дорам про это снято.
- Дорам?
- Ну это кино такое... как театр! Ты знаешь, что такое театр? Представления! Шоу! Ох, не смотри на меня так. Надо будет поставить пьесу! Я буду Офелией!

И все то время, пока он слушал доклады своих агентов, несущих службу в столице, он думал об Ын Су в белом платье и с цветами в волосах и расстраивался из-за того, что потом она утонет.

К обеду его вызвал к себе Король, и отводя глаза, сказал, что свадьбу придется отложить. Королева раздувала ноздри - кажется, в данный момент она не была склонна к покорности, свойственной женщинам этой страны. Ын Су и новый королевский доктор Санг Хун были здесь же, возле Королевы-матери, которая скромно притулилась за столиком в углу.
Чхве Ён ощущал, что Ын Су смотрит на него, но не мог позволить себе перевести на неё взгляд. Ему еще нужно было разобраться с Королем.
- Отложить?
В другое время он даже пожалел бы его Высочество - глаза бегают, лицо в алых пятнах, руки теребят края скатерти. Но сейчас сочувствие отказывалось свить гнездо в его колотящемся от ярости сердце.
- Матушка тоже хочет погулять на вашей свадьбе.
- Эта мерзкая девчонка, - подала голос Королева-мать, - посадила меня... куда ты меня посадила?
- На диету, - отозвалась Ын Су, и Чхве Ён отчетливо услышал смешинки в её интонациях.
Он не должен был спрашивать, но не удержался:
- И долго там нужно сидеть... Где это вообще?
- При проблемах с желчным пузырем правильное питание - одно из самых важных пунктов лечения, - важно сказал Ким Сок, тараща свои ненормальные глазенки.
- Голодом решили уморить старую, больную женщину, - резюмировала Королева-мать.
Это старая больная женщина с утра уже списалась с некоторыми чиновниками из высших сословий - теми, кто особенно был против новой политики Короля Кон Мина по перераспределению земельных наделов. Чхве Ён не сильно любил заниматься внутренним шпионажем, юаньцев по полям гонять было куда веселее, но деваться было некуда, и теперь он гадал, для чего именно Королева-мать затеяла эту переписку.
- Не переживай, - сказала Ын Су так просто, как будто они были одни, и никаких особ королевских кровей рядом не находилось, - мы с доктором Ким Соком быстро поставим Её Величество на ноги.
- И совсем скоро она сможет снова наслаждаться тишиной и покоем Согкадхаб, - певуче подхватила Королева.
Весь накопленный жизненный опыт подсказывал генералу, что древнюю каргу в горы теперь затащишь только во время похоронной процессии.
Все опять выходило из под контроля.
- А теперь расскажи мне, как делать маски для волос, - потребовала Королева-мать у Ын Су.
Для генерала аудиенция была окончена.

С горя он отправился к Су Ли Бан, где тетушка накормила его супом и добросердечно предложила отравить старую перечницу.
- Еще не хватало, чтобы в её смерти обвинили Небесного Доктора, - возмутился Чхве Ён.
- Тогда удавить, - добродушно покивал дядюшка.

Наступающая зима уже отчетливо ощущалась в воздухе, все военные действия были приостановлены до более теплых времен, и часть войск возвращалась зимовать в столицу. В доме Ву Даль Чи царила обычное оживление, старики тренировали молодежь, генерал поглазел немного на тренировки, заскучал и пошел - не побежал, все-таки он гордился своей выдержкой - в королевский госпиталь.
Ын Су там не оказалось - они с Королевой совершали шоппинг.
Это слово несло неприятности, Чхве Ён уже знал об этом. Вездесущий Дэ Ман успел наябедничать - второй час дамы принимают во дворце всевозможных торговцев и неизвестно, закончат это делать хоть когда-нибудь.
- Вот этот кусок, алый... какая чудесная вышивка...
- Эти мужчины и их мамы... У меня однажды был один парень... Ладно, не будем обо мне. Скажите, Ваше Высочество, в Ге Кэн уже построили арку преданного сына?
- Да, Небесный Доктор, - поклонилась Придворная Дама Чхве, - в деревне, недалеко от столицы.
Женщины, чьи руки тонули в реках из шелка, не обратили на вошедшего в лавку генерала ни малейшего внимания.
- Арка преданного сына? - спросила Королева.
Ын Су улыбнулась ей.
- Я читала про эту легенду, когда училась в школе. Жил-был один мужчина, и его мать была очень больна. Он ухаживал за ней день и ночь, но ничего не помогало. Однажды пришел к нему буддийский монах и сказал дать матери бульон, сваренный из сына этого мужчины.
Королева ахнула, ткани заструились к её ногам.
- Преданный сын подумал так: "Хоть я и потеряю своего ребенка, я всегда могу завести себе еще одного. Но если я потеряю мать, где мне взять другую? Раз так, то я должен пожертвовать сыном, чтобы спасти мать”.
- Не может быть!
- Мужчина так и поступил, и его больной матери сразу стало лучше. На самом же деле загадочный монах был глубоко тронут сыновними чувствами этого человека и дал ему волшебный корень женьшеня. В память об этом событии и была построена арка "Арка преданного Сына".
Королева долго молчала, разглаживая птиц на узоре. Потом улыбнулась.
- Я поняла, для чего вы рассказали мне эту историю.
Чхве Ёна же куда больше волновал парень, который однажды был у Ын Су, и почему она до сих пор о нем вспоминает.

Вечерний променад в саду совершали уже в сумерках. Ын Су оступилась, ухватилась за рукав генерала и больше его не отпускала. Королева была задумчивой и решительной, что вселяло некоторые надежды. Король так и не появился.
- Его Высочество хочет вас видеть, - сообщил один из секретарей.
- Я слишком устала, - выдохнула Королева. - У меня нет сил.
Ын Су потянула Чхве Ёна за рукав.
- Мне нужно к старой карге. Она потребовала, чтобы мы с доктором ночевали при ней.
- Вы с доктором?
- Я делаю все, что могу, - быстро сказала Ын Су, - не смотри так.
- Просто я уже скучаю по тебе, - ответил он честно.
Она заулыбалась, оглянулась и торопливо поцеловала его в губы.
- Я постараюсь прийти ночью... Санг Хун сказал, что знает отличное сонное зелье.
- Не отравите её ненароком, - вспомнил тетушку Чхве Ён.
- Клятва Гиппократа, будь она неладна, - вздохнула Ын Су.

0


Вы здесь » КОРЕЙСКИЕ СЕРИАЛЫ » КОРЕЙСКИЕ СЕРИАЛЫ » ФИЛЬМОГРАФИЯ АКТЕРОВ И ОПИСАНИЕ СЕРИАЛОВ